Бесогон

Есть показательный случай из истории наших «братьев». 20 февраля 2020 года на Украину из Уханя, где произошла первая вспышка коронавируса, были эвакуированы граждане Украины. Они были здоровы, но, по правилам, их должны были разместить на временный карантин в санатории в Полтавской области. Жители близлежащих сёл устроили пикет, заблокировали трассу, подожгли шины и забросали камнями автобусы с эвакуированными соотечественниками. Они грозили сжечь санаторий, в котором будут размещаться люди. Часть вышли на молебен, чтобы попросить у Бога защиты от эвакуированных из Ухани украинцев. А кто-то предложил отправить этих людей в радиоактивную Чернобыльскую зону. Это не иностранцы приехали, это свои. Поневоле задумаешься о том, что такое происходит в стране, которая стремится в Европу, в НАТО, которая говорит, что их страна – это це Европа… Фрагмент из выпуска 🔗 «Ну вот и всё» от 27.03.2020.

В сентябре 1904 года Николай II получил докладную записку из департамента полиции, в ней было написано: «По совершенно секретным сведениям, в начале осени в Париже состоялся конгресс революционных деятелей, на котором было решено предпринять усиленную агитацию в России с целью возбуждения целого ряда политических волнений, которые могли бы окончательно дезорганизовать правительство и создать грандиозные уличные беспорядки с участием рабочих масс». Один человек сказал на первый взгляд довольно смешную, но, к сожалению, справедливую фразу: «В России за 10 лет может перемениться всё, а за 100 – ничего». Но для того чтобы правильно оценивать следствие, нужно правильно понимать причины. Сто лет назад имперское самомнение очень дорого обошлось нашей стране. А сейчас империи уже нет, а имперское самомнение осталось. В этом и есть главная опасность: а не в клоунах, сидящих сегодня в Париже, Вильнюсе или Варшаве. Фрагмент выпуска 🔗 «СССР распался, что дальше?» от 18.04.2016.

Когда после развала СССР страну массово покидали лучшие умы, это было досадно, но ожидаемо. Большинство учёных и высококвалифицированных работников выбирали заграницу, чтобы иметь возможность продолжать научную деятельность, чтобы ради выживания не разгружать вагоны по ночам и не торговать в метро. Да, это был мощный удар по российской науке, и мы прекрасно знаем, что многое контролировалось Западом. В 1992 году профессор университета в России получал 17 долларов в месяц. Тогда на «помощь» пришёл Сорос, который за 100 долларов скупал научные работы не только из университетов, но и из предприятий ВПК, из закрытых Красноярска-45, Арзамаса-16 и так далее. Но даже тогда были те, кто отказывался предавать страну. Те, кто бежит сегодня, вывозя наши интеллектуальные разработки, были обласканы и властью, и народом, у них были лучшие условия. Это и есть та самая несуверенная элита, у которой нет ни родины, ни совести, ни ощущения общего дела. И произрастает это от отсутствия цементирующего страну центростремительного начала. Фрагмент выпуска 🔗 «Неутомимый Джордж» от 01.10.2016.

История о том, как Франция получила готовый искусственный интеллект под названием Nebius, оказавшийся «сбежавшей» частью нашего Яндекса, в развитие которого было вложено немало наших ресурсов. Меня часто критикуют за мнение относительно идеологии в стране. Да, можно жить без неё, но «свято место пусто не бывает», и это превращает консолидированную страну в разрозненные бизнес-проекты, которые по-разному понимают свою конечную цель и будущее своё связывают не с Россией, а с теми, кто идеологию продвигать не стесняется. Разве не элемент идеологии манифест руководителя «Палантира» Алекса Карпа, в котором указано, что любая IT-компания, которая работает на территории США, обязана помогать оборонной промышленности страны своими мощностями и технологиями? Я много раз говорил об этом и ещё раз повторю: идеология – это всего-навсего базовая договорённость соотечественников о том, кто они есть, куда они идут, чего они хотят и что они строят. Что в этом плохого? Фрагмент выпуска 🔗 «‟У каждой аварии есть имя, фамилия и должностьˮ, – Лазарь Моисеевич Каганович» от 25.07.2026.