Агентство Медвижимости | Книги и маршруты
397
подписчиков
История русской книги как история ремесла: бумага, типографии, издатели, цензура. Книжные маршруты по России — усадьбы, музеи, букинисты. Пишет издатель Михаил Виноградов, «Товарищество Виноградова».
История русской книги как история ремесла: бумага, типографии, издатели, цензура. Книжные маршруты по России — усадьбы, музеи, букинисты. Пишет издатель Михаил Виноградов, «Товарищество Виноградова».
12 часов назад
• Вы подписаны
Три ноты — ля, соль-диез, до-диез — Рахманинов писал на листках вместо росчерка и ставил под ними фамилию. Это начало его прелюдии до-диез минор, той самой, которую публика требовала на бис, выкрикивая из зала «До-диез!». Сам он признавался газетчикам, что много раз жалел, что вообще её сочинил. Жалел и расписывался ею: автограф принадлежит тому, кто стоит в очереди. Писатели до нотной строки не додумались, зато у них есть цвет. Синей ручкой подписывают договоры, потому что копир печатает чёрным и синий росчерк сразу выдаёт подлинник. Книга с автографом живёт долго, переходит из рук в руки, и сканер без труда перенесёт подпись с титула под текст, который она будет заверять. Поэтому Евгений Водолазкин, подписывая мне «Лавра», искал по карманам чёрную ручку. У нас обоих нашлись только синие. Эдуард Хиль обходился без фамилии: рисовал скрипичный ключ петушком с роскошным хвостом. А Игорю Рыбакову сделали шершавую обложку, чтобы расписываться прямо на ней, и автографы на шершавом стирались, книгу было неудобно держать, так что затею бросили. Чем кончилось с «Лавром» — в сегодняшней статье. Здесь о книге как о вещи: бумага, чернила, тираж, цена. Михаил Виноградов издатель
17 часов назад
• Вы подписаны
Почему писатели не подписывают книги синей ручкой
Евгений Водолазкин подписывал мне «Лавра» и искал по карманам чёрную ручку. Нашлись две синие, его и моя. Я до того подписывал книги синей и не задумывался почему. Так научили в школе: ученик пишет синей, чёрной не разрешают, красная у учителя. Цвет стержня в классе означал должность, и привычка пережила школу надолго. Разборчивость автора, получившего за «Лавра» «Большую книгу», показалась мне тогда писательской причудой. Причуда оказалась бухгалтерией. Синей ручкой расписываются в договоре. Закона,...
1 день назад
• Вы подписаны
В 1975 году Якутская республиканская организация Общества книголюбов пообещала создать 4405 первичных ячеек. Создала 180. Членов при этом набиралось стремительно: 1,9 миллиона к концу 1975-го, 15,6 миллиона к 1984-му, 19,6 миллиона в 1989-м, когда общество обогнало по численности КПСС. Лекций оно читало сотнями тысяч, но вступали ради другого. Билет стоил рубль в год, и в Зеленодольске в 1977 году [записаться в очередь единственного в городе книжного магазина стало можно только по членскому билету общества](https:/...9); в Перми на заседания клубов ходили потому, что после них продавали хорошие книги, и клубов там между 1981 и 1987 годами стало вдвое больше, с 22 до 42. Историк Евгений Матвеев пишет, что распределять книги общество не было обязано, и практика сложилась сама. Государство дало обществу на обзаведение 1,1 миллиона рублей из запрошенных четырёх, и долг вернули коллективными взносами: заводы и институты вступали целиком, оптом, на крупном заводе выходило дешевле рубля с головы. Кому этот рубль платить вообще не приходилось и сколько таких было, я посчитал сегодня в «Стенке». Михаил Виноградов / издатель
1 день назад
• Вы подписаны
Почему в 1989 году в СССР книголюбов было больше, чем коммунистов
Рубль в год. Столько стоило числиться в Советском Союзе любителем книги. Предлагали снизить взнос до пятидесяти копеек — не прошло. За рубль выдавали членский билет Всесоюзного добровольного общества любителей книги, в билете отмечали уплату, и к 1989 году таких билетов, по подсчёту историка Евгения Матвеева, на руках было 19,6 миллиона. Коммунистов на 1 января того же года числилось 19 487 822 — это вместе с кандидатами, которых принимали по рекомендациям и держали на испытательном стаже. Общество, куда вступали за рубль, обогнало партию...
1 день назад
• Вы подписаны
Что случилось в книжном мире: закрылось Individuum, в Москве идёт книжная неделя, Нобеля объявят 8 октября
Вчера, 28 сентября, закрылось издательство Individuum. Его главный редактор Алексей Киселёв объявил об этом в телеграм-канале издательства, причин не назвал. Individuum работало с 2015 года, выпустило больше сотни книг, из самых заметных — «Слово пацана» Роберта Гараева и роман Квентина Тарантино «Однажды в Голливуде»; в 2023 году 51% издательства перешёл «Эксмо». Книги, которые были в работе, по словам Киселёва, выйдут, только в других издательствах. Издательство кончилось, план выпуска остался...
