До 2020 года его не было. Точнее, он был — но так, как бывают старые долги: о них помнят только тогда, когда приходит время платить. Когда-то его звали иначе. Он ходил по щелям между мирами, слышал беду через стены и вентиляцию, вытерпел девяностые и платил за каждое спасение памятью о тех, кого спас. Славянская хтонь и боги оставили ему не благословение, а заклад: право вмешиваться, пока соблюдаешь правила. Потом люди перестали рассказывать истории. И он исчез.