Найти в Дзене

От лица коммуникационного агентства в Краснодаре: почему такие истории важны для города и как мы работаем с героями*


Ты читаешь эту историю и думаешь: «Это про Санкт‑Петербург, про другого человека». Но на самом деле это про то, что близко любому городу, в том числе Краснодару: про то, как в рутине, стрессе и бытовых трудностях человек удерживает профессиональную идентичность. Для нашего агентства такие истории — не про «красивую картинку», а про **настоящих героев с реальными ритмами жизни**.

Стас начинал с простого детского восторга: коричневый цвет был для него шоколадом. Эта искренняя, почти наивная связь цвета и эмоции позже превратилась в осознанный художественный язык. Уже в третьем классе он занял первое место на выставке «Мы не одни во Вселенной» в Выборгском районе Ленинграда. Его работа — планета с жителями, космос и всего три цвета: чёрный, жёлтый и коричневый — привлекла внимание преподавателей. Композицию Стаса тогда сравнили с работами Клода Моне, хотя сам мальчик ещё ничего не знал о французском импрессионисте. Это совпадение стало своего рода знаком: у него уже тогда был свой взгляд на пространство и цвет.

Восьмидесятые в Ленинграде были временем особенной творческой энергии. Стас оказался в этой среде: тусовался в клубе на Васильевском острове, слушал панк‑рок и психоделический рок, ходил на концерты групп вроде «АУ», «Кино». Позже его музыкальные вкусы менялись, но музыка всегда формировала его восприятие мира. В те годы он занимался росписью помещений в андеграундном стиле — так искусство становилось частью городской среды и его собственной жизни.

Любой художник знает: бывают моменты, когда кажется, что вдохновение ушло навсегда. У Стаса тоже случались такие периоды опустошения. Но он выработал для себя правило: не ждать озарения, а начинать работать — ведь вдохновение приходит именно в процессе. В трудные минуты ему помогало упрямство: «как баран прёшь по встречке», «газ в пол» — именно так решаются проблемы. При этом он не отрицает ценность пауз: иногда нужно сменить картинку, поехать куда‑то, посмотреть, как живут другие люди. «Нельзя застаиваться в одном болоте — можно зачахнуть. Надо двигаться: движение — жизнь», — говорит Стас.

Сегодня рядом с красками и кистями идёт другая, невидимая работа — огромная бытовая и эмоциональная нагрузка. У Стаса есть жена Елена — его верный друг и главная опора. У Елены сын Коля, ему 28 лет, он инвалид I группы по психиатрии, не умеет говорить. Рядом с таким близким человеком каждый день требует особого внимания и сил. Семья сейчас проходит непростой период: они ищут профессиональную поддержку и системную помощь, оформляют документы, чтобы получить поддержку от государства — соцработника, направление в дневной центр, льготы и всё, что положено по закону.

В этом ритме 20‑минутный этюд становится не прихотью, а необходимостью. Это способ удержать день, сохранить профессиональную идентичность и не раствориться в роли «спасателя». Стас по‑прежнему не ждёт вдохновения — он его запускает. И в этом упрямстве столько же искусства, сколько в любой картине.

У Стаса есть узнаваемая подпись — две буквы: перевёрнутая «Е» и «С». Она связана с его фамилией: в своё время он был усыновлён, и нынешняя фамилия как будто «перевёрнута» относительно прежней. Эта деталь — не просто формальность, а часть личной истории, отражённая в профессиональной идентичности.

В работе Стас ценит спонтанность: иногда он начинает рисовать без чёткого плана, и именно такие моменты приносят ему наибольшее удовлетворение. Ему ближе быстрые, «свежие» работы, которые притягивают внимание ещё на начальном этапе. Он признаётся, что не любит «вымученные» картины — в них нет той самой энергии, которая делает искусство живым.

При этом Стас очень серьёзно относится к технике. Для него важно, чтобы идея была донесена до зрителя, а исполнение опиралось на наработки. Он считает, что чёрно‑белая графика — один из самых сложных инструментов: нужно добиться реалистического сходства без помощи цвета. А разные материалы требуют разных подходов: в акварели работает правило «от светлого к тёмном
3 минуты