222 подписчика
Она ловила мгновения, пока мир ловил её портреты.
Её звали Берта Моризо. И это не просто «женщина в мужской компании» — она была одной из основательниц движения.
Берта родилась в 1841 году в богатой французской семье. Её прадедушка — знаменитый художник Фрагонар.
В доме всегда говорили об искусстве, и родители не мешали дочерям учиться живописи — по тем временам это уже была редкость.
В двадцать лет Берта познакомилась с Камилем Коро, известным пейзажистом, и он стал её наставником.
Она начала работать на пленэре — прямо на улице, ловя свет и воздух. Именно так потом будут писать Моне и Ренуар.
А потом случилась встреча, которая изменила всё. В Лувре Берта познакомилась с Эдуардом Мане.
Он пригласил её позировать для картины «Балкон».
Она приходила в мастерскую с матерью — та сидела в уголке и вязала кошельки, пока Берта наблюдала за работой скандального гения.
Мане был очарован ею. Он написал двенадцать её портретов.
Именно эти портреты, а не её собственные картины, принесли Моризо первую громкую славу. Иронично, правда? 😊
Но Берта не хотела быть просто музой. Она хотела быть на равных. И ей это удалось.
В 1874 году она вместе с Моне, Дега, Ренуаром, Писсарро и Сезанном участвовала в первой выставке импрессионистов.
Это была та самая выставка, после которой критик Луи Леруа придумал издевательское слово «импрессионисты».
И Берта была единственной женщиной в этой группе. Единственной.
Дега считал её «незаменимой» для движения.
Её картины временами стоили дороже, чем работы её коллег-мужчин. Она участвовала в семи из восьми выставок импрессионистов.
Так почему же её так долго не замечали? 🤔
Причин несколько.
Первая — она была женщиной. Критики писали о её работах как о «женственных», «изящных», «очаровательных». Картины её коллег-мужчин называли «оригинальными» и «мощными», а её — «нежными» и «деликатными».
Как будто она не художник, а бабочка какая-то.
Вторая — ей не разрешалось то, что могли мужчины. Академия художеств не принимала женщин.
Ей нельзя было рисовать обнажённую натуру.
Ей не рекомендовалось изображать мужчин.
Она не могла свободно ходить по барам и кабаре, где мужчины-импрессионисты находили свои сюжеты.
Поэтому Берта писала то, что было вокруг неё — дом, семью, женщин за работой, детей. Интимный мир, а не шумный Париж.
Третья — она сама себя недооценивала. Уничтожала ранние работы.
Сомневалась. Мать говорила ей, что у неё «нет таланта, который имеет коммерческую ценность».
За всю жизнь Берта продала меньше сорока картин.
И четвёртая — она умерла первой из группы. В 1895 году, в пятьдесят четыре года.
Её просто «забыли» на десятилетия.
Но вот что важно.
Берта Моризо не рисовала «милые картинки».
Она была смелее многих своих коллег.
Её мазки — быстрые, свободные.
Её женщины — не идеальные куклы, а живые люди со своими мыслями и усталостью. Она говорила: «Живопись нужна для того, чтобы зафиксировать что-то проходящее».
И ещё: «Настоящие художники понимают с кистью в руке».
Она ловила мгновения. Те самые, которые мы не замечаем — мать, склонившаяся над колыбелью, женщина перед зеркалом, сестра за шитьём.
И делала это так, что и сегодня, спустя больше века, эти картины дышат.
Так что, может быть, стоит пересмотреть, кого мы называем «великими импрессионистами»? 😊
А ты знал(а) о Берте Моризо раньше?
Или это имя для тебя новое? Напиши в комментариях — мне правда интересно!
И если хочешь, чтобы я рассказал(а) о другой забытой художнице, ставь ❤️ — я умею находить такие истории.
2 минуты
19 октября