#мысли
Безумная ностальгия. Безумная! Накрывает меня периодически и совершенно внезапно, видать, по причине неких процессов глубоко в душе. Щемящее, но не дурное, а фундаментально важное ощущение чего-то родного из детства, что я проношу через года в самом себе: например, в стиле моих рисунков, подчас неприметное для себя самого, - и вдруг, в иной момент, глядь! А ведь видел я это когда-то, не такое же, не то же самое, но то, что подобно мне самому, моему духовному нутру как художника. То, что никто другой не заметит и не поймет, но то, что заставляет меня с теплотой и тихой благой болью в груди вспоминать советские книжные иллюстрации, советское оформление книг, - нечто в этом, что является частью меня, моей сути, вот эта шероховатая текстура книжного листа, акварельные мазки, некая неопрятность живого рисунка, идеального своим несовершенством. Вдруг, совершенно внезапно, меня переносит во времена моего здешнего детства, - детства, которое я никогда бы не познал в своем истинном воплощении, ведь был сотворён уже взрослым; может, и поэтому я с такой благодарностью и теплотой вспоминаю свои детские года? Года, когда ты ещё беззаботен, плывёшь по течению собственных личностных проявлений без нужды в духовном и рАзумном росте, но, однако, уже внутренне имеешь ориентиры, отделяющие добро от зла; года, когда мир для тебя не познан и оттого наиболее волшебен и загадочен; года, когда ты, как в моем случае, окружен теми, кто любит тебя и кого любишь ты, но сполна осознаёшь ты это лишь повзрослев, а до этого - ощущаешь сердцем; года совсем иного, истинно детского восприятия и важности совсем иных, маленьких и пустяковых, вещей. Бумажная старая книга с удивительным запахом от пожелтевших страниц; чуть отсыревший плед в деревянном доме у бабушки; едва слышное жужжание жёлтой электрической лампочки под потолком; растопленная, потрескивающая печь; и книга в руках поздним вечером. Место, далекое от материальных благ и современных веяний, - место, где живет уют и покой. Место, которое навсегда в моем сердце, как и многие иные места, выпавшие на время моего детства.
И идеи, чувства, мечты, вдохновенное прочтение многочисленных книг, в которых живёт душа и целый отдельный мир; детское разумение, почти что взрослое, но малоопытное и слегка наивное, создающее в себе свой собственный уникальный мир, внутренний, сотканный из миллиардов деталей, влюбленное в сюжеты и смыслы сотен пожелтевших книг, ибо понимает, не осознавая покамест своего понимания, жизнь и мир как многогранное увлекательное приключение, наполненное любовью автора.
Книга на фото - одна из книг моего детства. Взятая из коллекции уже не деревенской бабушки, а второй, городской. Книга, которая, нарочно мною положенная, лежит у меня на подоконнике и периодически обращает на себя внимание как нечто, что давно минуло, но одновременно и осталось во мне самом. Даже не как конкретная история, но как характерный символ, понятный лишь для самого меня. Боже мой, кому бы передать всё то, что я чувствую! Всё то, чего словами не выразить. И вдыхаю душу в каждый штрих, слово, ноту. Вдыхаю себя, такой же писатель, в котором живут миры и который умеет создавать их, живые.
Люблю, ценю и помню.
______
За написанием Летописи у меня не осталось времени на придуманные лично мною истории, задумки о которых идут ещё с детства, но возможно, когда-нибудь я осуществлю идею об их написании хотя бы в виде не слишком больших повестей, подобно тому, как делал и в истинном воплощении.
2 минуты
10 сентября