142,3 тыс подписчиков
Родитель может смотреть на своего ребёнка и идентифицировать его с умершим. Особенно, если об умершем не говорит и не позволяет сам себе признать то, что он ЕСТЬ (вернее был). Это как носить очки с фильтром и смотреть на своё дитё через фильтр, искажённо. Фильтр может быть - жалостью, страхом, ожиданиями, гиперответственностью, виной. Это как поставить барьер между собой и живым ребёнком.
Например, родитель может жалеть ребёнка и быть с ним слишком мягким, тем самым не обучить его искусству самостоятельной жизни. Или считать его слабым, т е не верить в его СИЛЫ. А когда родитель не уверен в ребёнка, то и самому ребёнку сложно в себя поверить.
Могут быть излишние ожидания от ребёнка. Мол, если бы тот ребёнок был жив, то он бы..... не ныл, был сильный, поступил в институт, родил 5 детей, был бы гордостью, непременно занимался бы спортом.
Родитель может ставить своё негативное чувство (вина, жалость, стыд и прочее) между собой и истинной любовью к ребёнку, и это будет его собственный запрет искренне любить и привязываться к ребёнку, его некая отстранённость - и это его неосознанная защита от любви (которая принесла когда-то боль), защита от его убеждений, появившихся тогда давным давно (например, те кого я люблю - умирают. Моя любовь = смерть).
Горе должно быть ПРОЖИТО. А проживается оно через слова, слёзы, разговоры, воспоминания, а самое главное через ПРИЗНАНИЕ, что это было горе и этот ребёнок, объект горя, реально существовал и сейчас ему есть ОТДЕЛЬНОЕ место в эмоциональном пространстве.
1 минута
9 сентября
462 читали