1849 подписчиков
Гонзо продолжал идти новым маршрутом.
После вчерашнего человека на крыше он уже поглядывал вверх с некоторой осторожностью.
Мало ли.
Калуга, судя по всему, начала разговаривать с ним через людей, забравшихся повыше.
Но сегодня всё было спокойно.
Утреннее солнце пробивалось сквозь листву. Пахло сентябрём — ещё тёплым, зелёным, но уже с какой-то едва заметной прохладой внутри. Такой запах появляется утром, когда лето вроде никуда не собиралось, но чемодан уже стоит в прихожей.
Гонзо вошёл в сквер.
И увидел Циолковского.
Тот стоял на своём постаменте, задрав голову к небу.
Стоял давно.
Гораздо дольше, чем Гонзо вообще существовал на этом свете.
Рядом возвышалась ракета.
А чуть левее — женщина.
Она тоже остановилась.
Но в небо не смотрела.
Смотрела в телефон.
Получилась странная композиция.
Один человек смотрел туда, куда человечество ещё не добралось.
Другой — туда, где, вероятно, пришло новое сообщение.
Гонзо замедлил шаг.
Циолковский словно спрашивал:
— Ну что там? Марс?
Женщина листала экран.
— Пока нет, Константин Эдуардович. Доставка приехала.
Гонзо усмехнулся.
Вот оно, будущее.
Ракеты стоят в скверах.
Космос давно стал рабочим направлением.
В кармане каждого лежит устройство, способное за секунду связаться почти с любой точкой планеты.
А человек всё равно утром стоит под деревом и пишет кому-то:
«Ты где?»
Гонзо сделал фотографию.
И вдруг подумал, что Циолковский, возможно, смотрит вовсе не в космос.
Он просто уже много лет ждёт, когда мы наконец оторвём глаза от телефонов.
Гонзо машинально сунул свой в карман.
И пошёл дальше.
Новый маршрут продолжал что-то ему объяснять.
Причём, зараза, без единого уведомления.
1 минута
9 сентября