Первое, что я помню из детства, это запах духов, еле ощутимый. Не маминых. Мамины я не помню вообще. Пахло детским мылом, чуть духами и чем-то печёным. Так пахла баба Оля, когда брала меня на руки и прижимала к себе. Её кофта колола мне щёку, а я всё равно утыкался носом и не хотел отпускать. Мне было три года. Маму я видел каждый день. Она проходила мимо, цокая каблуками по мраморному полу, и оставляла за собой шлейф чего-то сладкого, тяжёлого, взрослого. Иногда останавливалась, наклонялась, целовала меня в макушку. Губы были холодные. Потом уходила, и дом снова становился тихим, пока не приезжал...