«Так получилось, мы больше не можем жить там [в России]. Можно ли было дальше жить? Я не могу на этот вопрос ответить» — признается Ингеборга Дапкунайте. Свою московскую недвигу она уже продала. Пару лет назад. За сотню миллионов. Которые она заработала где? Но не будем считать чужие деньги и уподобляться разночинцам из социальной сети «ВК». Нельзя никого прельщать или держать. «Насильно мил не будешь», так у нас говорят.