1851 подписчик
И только когда Гонзо уже почти отчаялся найти Ермолова, его нашли сами.
Голуби.
Пятеро.
Сидели возле мусорных контейнеров с таким видом, будто это не контейнерная площадка, а секретный штаб Межпространственного Орнитологического Совета.
Один стоял на верхней перекладине.
Трое заняли позиции ниже.
Пятый изображал случайного прохожего.
Но слишком уж старательно изображал.
На стене за ними кто-то когда-то написал что-то важное.
Потом время съело половину букв.
Теперь оставались только обрывки.
Как обычно и бывает с настоящими посланиями.
Гонзо подошёл ближе.
Голуби не улетели.
Наоборот.
Стали смотреть.
Внимательно.
По-деловому.
Так смотрят сотрудники архива на человека, который пришёл за документом столетней давности.
— Ермолов здесь проходил? — спросил Гонзо.
Самый толстый голубь переступил с лапы на лапу.
Второй отвернулся.
Третий сделал вид, что изучает контейнер.
Очень подозрительное поведение.
Стефаныч однажды предупреждал:
— Если голубь делает вид, что ему всё равно, значит он знает слишком много.
Именно поэтому голубям никогда нельзя доверять полностью.
Гонзо посмотрел на стену ещё раз.
На перекладину.
На контейнеры.
На голубей.
И вдруг понял.
Это не птицы.
Это свидетели.
Они видели, как Ермолов проходил здесь.
Возможно вчера.
Возможно десять лет назад.
Возможно через пять лет после сегодняшнего дня.
С порталами никогда нельзя быть уверенным во времени.
Толстый голубь внезапно взлетел.
За ним второй.
Потом третий.
Остальные тоже сорвались с места.
И вся стая ушла куда-то за крыши домов.
Будто показывая направление.
Будто оставляя след.
Гонзо поднял голову.
Над контейнерами кружилось несколько серых перьев.
А на кирпичной стене среди потёртых надписей он вдруг различил слово.
Очень старое.
Почти исчезнувшее.
Но всё ещё различимое.
«Ищи».
И Гонзо пошёл дальше.
Потому что в Калуге даже мусорная площадка иногда оказывается указателем на другую страницу реальности.
1 минута
7 июня