Есть разговоры, после которых жизнь делится на «до» и «после». Тот октябрьский вечер стал для меня именно таким. Я не помню, что ел на ужин в тот день. Не помню, какая погода стояла в Москве. Но я помню абсолютно всё: скрип стула, запах дешёвого табака, пятно от кофе на углу стола и то, как человек напротив меня замолчал ровно на семь секунд перед тем, как произнести фразу, изменившую мою жизнь. Мне было двадцать шесть. Я заканчивал военный институт иностранных языков, говорил на трёх языках, играл в шахматы на уровне кандидата в мастера и думал, что знаю, чего хочу от жизни. Я ошибался. Подполковник...