Можно потерять своего малыша, не теряя его. Вот же он. Этот немного нескладный юнец с чуть пробивающимися усиками. Крохотными намеками на будущие усы. Стоит, улыбается, переминается кроссовками сорок первого уже размера. И все хорошо. Даже отлично. Только взять на ручки уже не получится. Посадить на шею и поиграть в лошадку. Спеть песенку перед сном, сказку рассказать или историю из своего детства. И кормить с ложки кашей, уговаривать, - уже не нужно. Невозможно. Многое стало невозможным. А отец-то все был в командировках. И на работе. Хороший отец. Труженик. Он создавал материальную базу, так...