13 подписчиков
Redstart в зоне симпатрии симпатии
-Средний и указательный-
ИГ посмотрел за окно. Ещё час – и начнёт темнеть, – Где этот Джобсен, – уже слега обеспокоенно думал он, – Греча с тушёнкой уже натомилась до состояния «пальчики оближешь», а этот хренсэр болтается где-то.
ИГ вышел, влез на квадроцикл, погазовал, посигналил – не ожидая ответа, но для очистки совести давая возможность вдруг заблудшему иностранцу по звуку определить направление. Постояв так ещё пяток минут, он поехал по дороге вдоль речки Большие Мольты, в сторону которой последний раз направлялся Джейсон. Проехав километра четыре, его внимательный взгляд выцепил на дороге в клочья разодранную… нет, не в клочья, а в тряпичный фарш разодро-жеванную кепку Джейсона. Не глуша технику, он посигналил и прислушался. Здесь уже солнечного света не было, и темнота уверенно начинала, послав вперед сумрак, затягивать долину.
ИГ отошёл вглубь зарослей, где протекала река, и закричал на английском то, что вспомнил:
— ДУ Ю СПИК ИНГЛИШЬ! ХЭЙ! ДУЮ СПИК! ЛОНДОН ИЗ КАПИТАЛ ОФ БРИТАН!
Советская школа – это та школа, которая вбивала знания так, что их огрызки навсегда оставались болтаться в голове граждан уже не существующей Родины.
ИГ постоял, послушал, повторил свой спич, прошёл подальше. Попытался вспомнить, как правильно зовут иностранца, плюнул и закричал:
— ДЖОБС! ДЖОБС! ЗЫСЫЗЕ ПЭН! ТВОЮ Б** ЗА НОГУ! ЧТОБ ТЕБЯ МЕДВЕДЬ СОЖРАЛ! КАША СТЫНЕТ!
Жёваная кепка не смущала ИГ, т.к. не вписывалась в картину того, что на англичанина напал медведь, поизголялся над кепкой, а потом утащил его.
Метрах в ста рявкнул недовольный медведь и не осторожничая стал удалятся прочь от егерея. ИГ двинул в ту сторону. Ну, да. На березе сидел или висел… Не знаю слова, описывающего действия или состояния прилипшего к дереву человека.
Лицо у англичанина, как и руки, были цвета березовой коры – той ее части по которой не стекала сверху всем известная желтоватая жидкость.
ИГ задрал голову – «метров шесть», – оценил он высоту нахождения берёзолаза.
— Джобс! Джоооообс! Слезай! Домой пойдем! Домой! Домой! – говорил он, показывая движения ходьбы средним и указательным пальцами.
Джейсон в целом понимал, что от него хотят, и даже диагносцировал, что с ним случилось – психогенный неэпилептический приступ, когда конфликт с медведем, как травмирующий фактор, вытеснялся из его сознания в область подсознательного, которое в свою очередь трансформировалось в физическое проявление судорог конечностей, сжавших бедную берёзу. Он знал, как снять симптомы, но с другого человека.
— Drink… – едва слышно прошептал разведчик, понимая, что крепкий ром может ему помочь.
Вокабуляр ИГ легко узнал это слово, и он передумал спилить эту берёзу к чертям собачьим, а улыбнувшись сказал:
— Есть! Есть! Но там! – и показал в сторону базы.
Обоссанный разведчик опять хрипло произнёс: «Drink…»
Стемнело. Запел уныло пёстрый дрозд, полетели трели соловья свистуна, где-то далеко спикировал, дребезжа перьями, лесной дупель, матюгался ИГ, июньская ночь обещала быть холодной.
Наконец-то дрожь от холода пробила тело Джейсона и слегка расслабила его судорожные мышцы – он покатился вниз.
2 минуты
1 апреля