51 подписчик
Знаете, что общего у замедления Telegram и «Крестного отца»?
Там, где Майкл Корлеоне говорит: «Это не личное, это просто бизнес».
Власти сейчас говорят то же самое, но с приставкой «цифра».
10 февраля 2026. Роскомнадзор подтверждает: да, мы его тормозим.
Не блокируем. Не отключаем. Просто скорость падает, медиа не грузятся, сообщения уходят в космос и возвращаются через час.
И вот тут начинается самое интересное.
История первая. Месть 2018 года.
В апреле семь лет назад Таганский суд принял решение о блокировке Telegram. Дуров тогда послал всех лесом, мессенджер прыгал по IP-адресам как угорелый, а РКН потратил миллионы на «Тор-ретрибуцию» — систему, которая должна была задавить его DDoS-ами.
Не задавил.
И вот в 2026 году выясняется: то решение суда никто не отменял. Оно просто пылилось в архиве, как мина замедленного действия. А сейчас — бах .
Семь лет ждали момента.
История вторая. Екатерина Мизулина против «запрещалкиных».
Самый циничный поворот:
Глава «Лиги безопасного интернета», которая years advocating за чистоту Рунета, вдруг пишет пост: «Блокировка Telegram — ошибка» .
Вы понимаете драматургию? Человек, который десятилетие требовал закручивать гайки, говорит: «Стоп, это уже перебор».
А Z-блогеры вообще в ярости. Предлагают «отправить запрещалкиных в штурмовой батальон» и цитируют Путина: сам президент в 2025-м говорил, что конкуренция полезна и Max должен побеждать качеством, а не топором .
Топор, кажется, победил.
История третья. Иранский синдром.
Дуров в своем заявлении сравнил Россию с Ираном 8-летней давности .
Иран тогда тоже запретил Telegram, тоже хотел загнать всех в госмессенджер.
Итог: иранцы до сих пор сидят в Telegram через прокси. Просто теперь это неудобно, долго и с риском.
IT-эксперт Леонид Юлдашев говорит страшную вещь: «Люди потеряют виртуальную публичную сферу» .
Речь не о котиках и мемах. Речь о том, что Telegram — это последнее место, где спорят, договариваются и фиксируют реальность без модерации MAX. Когда его задавят, обсуждать повестку будут только те, кому разрешили.
История четвертая. Долг в 30 миллионов.
Мелочь, но показательная.
У Telegram перед Россией — неоплаченные штрафы на 29,6 млн рублей .
Восемь протоколов. Семь — за неудаление контента. Один — за повторное нарушение.
По меркам корпорации — копейки. Пара часов работы Дурова.
Но эти копейки висят как символ: мы не платим, вы не тормозите. Патовая ситуация, в которой мессенджер, в который вложены сотни миллиардов рублей частных инвестиций и человеческих часов, сейчас поставлен перед выбором: либо стучаться в дверь, либо ждать, пока её вынесут.
История пятая. MAX и «каникулы».
Аналитик Денис Кусков (Telecom Daily) произнес ключевую фразу: «Telegram дали каникулы» .
WhatsApp (Meta, экстремистская организация) заблокировали быстро и без разговоров.
А Telegram тормозят аккуратно, поэтапно, с августа 2025-го.
Почему?
Потому что там — 93 миллиона пользователей. Потому что там — СМИ, блоги, бизнесы, чаты ЖКХ и родительские собрания. Потому что нельзя взять и выключить нервную систему страны за один день. Надо сначала построить новую.
MAX предустанавливают на телефоны с осени. Он уже есть у миллионов. Но он пустой.
Там нет аудитории. Нет среды. Нет той магии, когда ты заходишь в поиск и находишь канал по любой теме.
Кусков честен: «Внедрять через боль и приказы — хуже, чем когда пользователь сам выбирает лучшее» .
Вердикт:
Telegram в России не убьют. Его будут «лечить» до тех пор, пока боль от использования не превысит лень переезда.
Депутат Делягин сказал правду: Telegram — это нервная система .
А нервную систему нельзя отключить без наркоза.
Наркоз уже вводят. Доза — это замедление.
Вопрос только: проснемся мы уже в MAX или найдем способ держать глаза открытыми?
Кстати, Пока писал этот пост, картинка в Телеграмме грузилась 40 секунд. Просто чтобы вы понимали контекст.
3 минуты
11 февраля