20 подписчиков
Если тебя не станет, никто не будет переживать. Когда тебя не станет, никто не будет плакать. Когда сгинет дух твой и тело станет ничем, никто не вспомнит о тебе. Ты просто червяк копошащийся в земле в надежде пробить бетонный пол подвала. Тщетны усилия. Усилия заметны лишь тогда, когда нужен ты здесь в моменте. Нет момента - нет нужды.
И вдруг бегемот проглатывает луну и наступает великая пустота. Гномы падают с потолка, носимые тенью в кармане из чёрной дыры, и аплодисменты пронзают вселенную.
- Посмешище! Ещё наваливай! Продолжай!
Продолжать, всё, что ты можешь в этом театре абсурда и безумия. В этом навозе с мухами. Ты рождён был, чтобы быть клоуном для всего этого мира. Они бегают рядом и улыбаются, а за спинами поливают тебя кетчупом из апельсинов, но какой в это толк, если в нём нет томата? Ты бежишь и бежишь, надеешься успеть что-то поделать, где-то пожить, чего-то достичь, а время твоё вокруг шеи петлю завязала и в каждом том узле лезвия, и они режут, и они душат, и они причиняют боль, и в конце концов приводят к смерти. Быть может ты и сможешь выжить, но душа твоя будет искалечена до неузнаваемости. А кому тебя узнавать? Некому. Некому, потому что ты не подпускал никого, а подпускаемые отрывали с тебя плоть кусок за куском, чтобы наживиться, напитаться, но взамен отдать холодную пустоту. Пустота была адская, каждый нерв замерзал, и ты переставал чувствовать хоть что-либо. Может оно так и нужно было, может это и есть судьба - быть один на один с тенью на стене. Драться с тенью, с самим собой, чтобы принять обе стороны самого себя.
Лягушка поглаживала свою бороду и ухмылялась на все свои семнадцать острых зубов, всё, что осталось после поединка с тигром.
Даже у лягушки жизнь насыщеннее, чем твоя. Даже у лягушки есть свобода, но нет её только у тебя. И что толк в том, что ты написал много историй, что ты подружился с сотнями тысяч людей по всему миру, которые даже не знают, что ты считаешь их друзьями. Нет, это всё белая пелена туманная, может меловая, может снег выпал и пурга началась. Да и не важно всё это. Главное в каждой истории - это след. Оставить след, пусть и горький, пусть нелепый, но какой-то след после себя.
Потомки будут читать их и пытаться понять тебя, идиота, но не поймут и умрут, так и не узнав, что вся эта история про все жизни, всех людей, про их собственную жизнь. Они проживут его также, как и ты, так же, как и ты... Неминуемо оставшись наедине с собой, в пустом аду из льда и сожалений.
2 минуты
4 февраля