Меня поразила не сама техника. А глаза женщины, которая только что рыдала передо мной двадцать минут подряд. Через двенадцать минут работы они были... сухими. Не просто сухими. Спокойными. Будто она только что очнулась от долгого сна, в котором застряла на несколько лет. «Я не понимаю, что только что произошло», — сказала она. И я тоже сначала не понимал. Пока один профессор не объяснил мне то, что перевернуло все мои представления о любви, привязанности и том, как работает наша память. «Твоя любовь — это не про чувства, — сказал он мне тогда, — это про заевшую мысль. Нейронный паттерн, который...