Имя Василия Петровича Верещагина не так уж часто звучит вне академических стен. Однако, когда речь заходит о полотне «Ночь на Голгофе», авторский почерк считывается безошибочно. Перед нами библейский сюжет, живописная апологетика скорби. Два события в одном «кадре»: распятие и снятие с креста. Градации света и тьмы выразительны и символичны: слева — подлунный фатализм с тремя крестами, справа — погребальное шествие в теплом золотистом свете факела, разгоняющем сумерки. Здесь Христос уже не Спаситель, а Сын. Не Бог, а Человек. Его тело несут. Осторожно, как хрупкое стекло. В белой чалме — Никодим...