Он резал хлеб и свежевал лося, чинил упряжь и вырезал игрушки. Финский крестьянин рождался и умирал с этим ножом на поясе. Никаких украшений, никакой гарды, только идеальная функциональность. Когда клинок стачивался до невозможности, он получал новое имя: «бабушкин зуб». Это была не просто вещь. Это был продолжение руки хозяина, молчаливый свидетель всей его жизни. В дымной сауне, в поле, на лесной делянке — везде его силуэт был одинаково узнаваем. Прямой клинок, деревянная рукоять, потемневшая от времени и пота, простые кожаные ножны. Talonpoikaispuukko, крестьянский нож, был, пожалуй, самым демократичным...