1851 подписчик
Гонзо шагнул под сосны —
и мир сделал тихий щелчок,
как старый фотоаппарат, который давно не доставали из чехла.
Запах хвои ударил в голову первым.
Он всегда так делает —
смешивает время в одну линию,
стирает лето, осень, прошлый год,
и оставляет только момент,
который неожиданно становится вечностью.
Перед ним — Яченское водохранилище,
спокойное, как будто уже знает,
что с той стороны холмов
всё давно вышло за рамки привычной реальности.
А музей космонавтики, стоящий на гребне,
выглядел не музеем,
а командным пунктом,
который готовит запуск.
Не человека.
Не ракеты.
А самой времени.
Гонзо почувствовал дрожь под ногами:
не землетрясение —
а как будто земля сняла тормоз
и теперь медленно трогается в другую сторону.
Сосны вокруг шуршали,
но не так, как обычно.
Их иглы цепляли воздух,
словно проверяли его на плотность:
готов ли он стать порталом,
или ещё рано.
Где-то слева мелькнула фигура —
коротко, резким движением,
будто кто-то проверил границу слоя
и тут же исчез.
Гонзо знал это ощущение:
так проявляется Ермолов,
когда у него опять начинается очередная экспедиция
сквозь несогласованные временные разломы.
А где-то совсем рядом
мелькнуло тихое эхо голоса Стефаныча,
словно ветер принёс обрывок фразы:
«Гонзо, смотри внимательно…
воронки всегда открываются там,
где река встречается с небом».
Гонзо поднял взгляд.
Там, над землёй,
между линией облаков и светлой полосой заката,
время действительно дрогнуло.
Сгибалось, будто кто-то нажал на паузу
и тут же отмотал на пару секунд назад.
Он понял:
вход будет здесь.
Между соснами.
Между прошлым и будущим.
Между тем, кто он есть, и тем, кем должен стать.
Гонзо шагнул ближе,
пальцы коснулись холодной хвои.
И мир вокруг сжал воздух до хруста,
готовясь
к новому провалу
в другое время.
1 минута
16 ноября 2025