Однажды соседка Лермонтова попросила написать в стихах или прозе правду о ней в ее альбом, он начал: «три грации…», после чего она попросила его без комплиментов - чистую правду, «не тревожьтесь, будет правда» ответил он, и написал: «три грации считались в древнем мире, родились вы, - всё три, а не четыре».