Как одна кастрюля борща едва не разрушила семью (но всё обошлось) Катя стояла на кухне, затаив дыхание. Перед ней дымилась тарелка — густой, рубиновый, с бархатистой сметанной шапкой. Тот самый борщ. — Ну как? — она прикусила губу, наблюдая, как Сергей медленно подносит ложку ко рту. Муж закрыл глаза, сделал первый глоток — и замер. Потом второй. Третий. Потом молча потянулся за добавкой. — Мам, это твой борщ? — наконец выдавил он, показывая ложкой в сторону Надежды Петровны. Свекровь лишь многозначительно улыбнулась: — Нет, сынок. Это Катин борщ, ешь и хвали! Катя впервые за три года брака почувствовала...