Он уехал к морю, а дома осталась она — с округлившимся животом, на восьмом месяце. Ребенок шевелился всё чаще, а сердце сжималось от одиночества. Он вернулся загорелый и отдохнувший, но едва переступил порог, как застыл. Встреча с её отцом перевернула всё. Слова, что он услышал, были как удар — без возможности уклониться. Игорь был красив, из тех, на кого сразу оборачиваются: высокий, с уверенной походкой и ослепительной улыбкой. Но в глазах её родителей за этой оболочкой пряталась несерьёзность. Им он казался ветреным — таким, что внезапно врывается в жизнь и так же легко уходит. — Подумай, Маша...