530 подписчиков
1000 ДНЕЙ, КОТОРЫЕ ПОТРЯСЛИ МИР. Короткий разговор о важном с «дальнобоями» и про "дальнобои".
1000 дней идёт братоубийственная трагедия. 1000 дней идёт война – Гражданская и Отечественная одновременно. Она наша внутренняя и общемировая, в окопах и в мозгах.
Информационное поле взорвалось новостью о «разрешении» данном или якобы данном США и НАТО применять по России ракеты дальнего действия. Был ли это информационный вброс, прелюдия к реальному удару, козни Демпартии США Трампу, комбинация от самого Трампа, за каждым чихом которого следят уже чуть ли не пингвины в Антарктиде – мы это сейчас все равно не поймём.
Главное нашему руководству понять, что хочет враг – чтобы мы, наконец, жахнули или надеется, что мы ни в коем случае не жахнем? И сделать наоборот. Максимально болезненно для неприятеля с минимальной угрозой для нас. Пусть разведчики и аналитики разбираются в клубке вцепившихся друг другу в горло группировок забугорного политикума, пусть стратеги продумывают, как именно и куда нам ударить, и как удар отразить. И, что важнее всего, когда… Мои бабушка и дедушка, химики с одного из оружейных заводов СССР сделали многое, для того, чтобы мы могли вмазать супостату, так, чтобы искры из глаз посыпались (всех артиллеристов и ракетчиков с наступившим праздником!).
На это надо бросить сегодня силы страны, параллельно решительно, но эволюционно пересобирая её на иных принципах, нежели она существовала с 1991 по 2022-й. Т.е. ставя во главу угла только развитие и интересы Государства. И, конечно же, Армии. Чтобы например не могло произойти в принципе мерзотных ситуаций, подобных тем, что случились с бойцами Гудвином и Эрнестом. Гибнуть должны враги - и на фронте, и в тылу, а не те, кто приближает Победу. И за ценой придётся постоять, чтобы она не стала Пирровой. Чтобы вообще случилась. А большинство разговоров про применения «дальнобои» - сейчас информационная шелуха.
Но я вспомнил про других «дальнобоев». Встреченных мной лет 20 назад в плацкарте поезда. Я ехал с Дона, где собирал материал для фильма про казачество. И мне повезло оказаться вместе с дальнобойщиками. Они гоготали на весь состав, пили ящиками пиво. И, заметив меня, студентика ВГИКа, стащили с верхней полки и попытались споить. Но, поскольку я не пьющий, закормили взятой с собой в фольге курицей. Самый главный из них, сидевший по пояс голым мордатый мужик с пивным пузом и уже пунцовым лицом, стал расспрашивать меня, кто я и зачем ездил на юга. Я в общих чертах что-то стал рассказывать про свой интерес к казакам, к истории России, ко всем причудливым и сложным её перипетиям.
Он махнул блестящей от куриного жира ладонью, и, прервав меня, прочитал самую лучшую историческую лекцию. Глядя на меня исподлобья испитыми глазками, мой попутчик насколько мог широко, сделал перед собой круговое, точнее овальное, движение двумя руками. Неровное, но уверенное.
«Россия, бля!.. Понял?» - Он ткнул в невидимую карту государства Российского, контуры которого он только обозначил. «Лезут, бля!.. Оттуда, оттуда, оттуда…». Тремя-четырьмя взмахами кисти он швырял в атаки пригоршнями невидимых врагов в сторону его «центра» с боков и снизу: видимо, с запада, востока и юга.
«И чё?», - он качнулся на меня, всё так же не отрывая взгляда.
«И что?» - переспросил я.
«П…ды, п…ды, п…ды!» - сопровождая каждый раз этот термин аналогичным движением рук, словно отгонял мух или смахивал объедки со стола. Только уже во вне «нарисованного» периметра. Эти взмахи в тот момент почему-то очень хорошо подходили к понятию «огрести».
«И всё, бля!..».
Вот на этих конструктивных словах я и закончу исторический экскурс.
2 минуты
19 ноября 2024