91 подписчик
Дедолларизация на марше
#сша #доллар
Наш обзор посвящен материалу Forbes «Валютный кризис Америки: Снижение доверия мирового сообщества к доллару» авторства Боба Хабера, но редакция решила сделать небольшое “пояснительное” вступление.
ЧАСТЬ I. Цифры, факты и намерения
Процесс дедолларизации мировой экономики – процесс вполне объективный, к тому же поощряемый неуёмными американскими санкциями, применяемыми ко всему, что движется “не в том” направлении.
В прошлом году доля доллара в совокупных мировых официальных резервах составила 58% против 73% в 2001-м.
Доля юаня в торговых расчетах через международную платежную систему SWIFT в июле с.г. выросла до максимальных за всю историю 6% [против почти 4.6% годом ранее], это впервые позволило ему 2 месяца подряд оставаться второй валютой глобальной торговли. При этом доллар лидирует с огромным отрывом с долей в 83,22%; за год он потерял всего 0,72%.
Евро откатилось на 3-е место – 5,83% против 6,23% в июле прошлого года.
В то же время, начиная с 2014 года всё больше платежей проходит “мимо” SWIFT, поэтому, разумеется, доля юаня в мировых платежах существенно выше.
С другой стороны, доля юаня в валютных резервах Центробанков мира в I кв с.г. сократилась до минимума с 2020 года, упав за 3 месяца с 2.29% до 2,15%. При этом доля доллара чуть возросла – на 0,41% до 58,85%.
Одним из “тормозов” дедолларизации является двойственная позиция Пекина. С одной стороны, “интернационализация” юаня является одним из главных приоритетов лидера КНР Си Цзиньпина с момента его прихода к власти в 2012-м и, несомненно, роль юаня в мировой экономике будет неуклонно расти.
Однако, Пекин не стремиться сделать юань полностью конвертируемым, что требует “рыночности” его курса, а Политбюро КПК лучше рынка знает, какой курс юаня полезнее для национальной экономики.
Не говоря уже о том, что использования юаня в качестве мировой резервной валюты требует радикальной либерализации рынка капиталов, что попросту не укладывается в действующую социально-экономическую модель КНР.
Глава Минфина США Джанет Йеллен на слушаниях в Конгрессе 9 июля с.г. призналась, что её главный страх — дедолларизация.
При этом, в марте 2022 года Йеллен утверждала: “Не думаю, что у доллара есть серьезная конкуренция, — и еще долго вряд ли появится”.
Для этой “теоремы” Йеллен привела следующее доказательство: “Если задуматься о том, чтó сделало доллар резервной валютой, то у нас самые глубокие и ликвидные рынки капитала на всей планете. Казначейские ценные бумаги безопасны, надежны и чрезвычайно ликвидны. У нас хорошо отлаженная экономическая и финансовая система и верховенство закона. В самом деле, ни одна другая валюта не сможет тягаться с долларом за статус резервной”.
Сегодня даже ведущие финансисты мира не знают, какое из 2-х больших зол является меньшим – постоянно растущий госдолг США, достигший $35 трлн или обещания Трампа его погасить, “отсыпав” кредиторам криптовалюты.
А крупнейший консервативный ThinkTank Heritage вообще призывает упразднить ФРС и вернуться к “золотому стандарту”.
Противоположный подход консерваторов можно описать видоизменённым мемом “доллары есть? – есть! – а если не найдём?!”
Сенатор-республиканец Марко Рубио внёс законопроект о наказании стран за дедолларизацию; документ направлен на запрет финансовых учреждений, способствующих дедолларизации мировой системы.
“Закон о предотвращении и смягчении последствий уклонения от санкций”, в случае его принятия обяжет президентов США вводить санкции против финансовых учреждений за использование китайской платежной системы CIPS, российской Системы передачи финансовых сообщений и других альтернатив системе SWIFT, ориентированной на доллар.
Экономические советники Дональда Трампа также обсуждают карательные меры против государств, отворачивающихся от доллара; команда Трампа обещает вводить санкции за активное стремление к двусторонней торговле в других валютах; при этом не делается исключений для союзников Вашингтона.
[Продолжение следует]
3 минуты
26 августа 2024