27 подписчиков
Мы дошли до конца сквера, который заканчивался странными, на первый взгляд, скульптурами – два бронзовых ребенка, среди игрушек, окружённые мрачными фигурами монстров, с подписями грехов.
Почти три года назад, когда мы были тут со Светой единственный раз, она попросила меня приглядеть по сторонам и смело шагнула за ограждение. Поднялась по ступенькам, обняла бронзовую девочку с завязанными глазами и тихо заплакала.
Эти её слезы тогда не вызвали у меня тревогу, как на диване в подъезде ночью, или у раковины, когда мы выгнали Игоря. Я понял, что она просто выпускала эмоции, скорбь по родителям и своему оборвавшемуся детству.
Сейчас, когда она снова пустила слёзы, нежно обнимая хрупкую статую, будто давая ей понять, что понимает её чувства, я решил подняться следом за Светой.
Положил ладони на плечи такого же мальчика напротив неё, разглядывая памятник с нового ракурса.
Под ногами у детей лежали какие-то книжки и мячик, но им они были недоступны из-за крепких повязок на лицах. А за нашими спинами, полукругом выстроилось тринадцать фигур мрачных взрослых, которые будто привели нас сюда, в эту точку скорби.
Осмотревшись, я тихо подошёл к пузатой статуе, похожей на Диониса, сидящего на бочке с вином и надписью “Алкоголизм” под ней, и крепко обхватил его за толстое плечо, отпуская обиду и злость на своего отца, за его зависимость, которая отняла у меня детство.
Неожиданно почувствовал, что начинаю прощать его, подумав о том, что если бы отец не поддался этому пороку, я бы никогда не встретил девочку в розовом платье. И не оставил в памяти свой первый поцелуй, как самый яркий и запоминающийся момент в жизни, которая до знакомства со Светой, казалась мне совершенно ненужной, как и я сам.
(Фото удачного ракурса свистнула из интернета. Автор, найдись! Я с удовольствием тебя отмечу)
1 минута
8 июня 2024