74 подписчика
ОСУЖДЁННЫЕ НА ФРОНТЕ
Прежде чем начинать разговор про осуждённых я встану на табуретку и заявлю:
Прежде, чем стыдиться, узнайте правду. Осужден — это не приговор. В большинстве случаев это проступки. Даже если ваш предок был осужден военным трибуналом, это не повод его стыдиться. Как и не повод стыдиться штрафника. Они воевали также, как и остальные.
Как и в любом мире, в мире фронтовом тоже совершались преступления. Градация их была огромна, и, подчас, то, за что на фронте человека посылали под трибунал, сейчас мы даже не воспринимаем преступлением и спокойно оправдываем.
Как тех красноармейцев, которые с голодухи своровали рыбу или тех, кто украл и съел корову. Для военного времени первое преступление это «хищение социалистической собственности», во втором случае страшная статья «мародёрство».
И если в первом случае бойцы легко отделались, то во втором пошли под трибунал с реальными приговорами.
Сегодня нам очевидно, что в обоих случаях первопричиной преступления являлся голод. Военный трибунал (ВТ) по сути — это походно-полевой суд. И изобретён он был до ВОВ.
Трибуналы существовали при фронтах и более мелких частях, а также при военных комендатурах в городах. Они могли судить и гражданского человека, но в основном, конечно, военных.
Всего за время войны, военные трибуналы вынесли более 2,5 млн приговоров. Из них ок. 300 000 расстрельных. Остальные — это заключение в лагеря, штрафбаты, отсрочка приговора, отмена приговора и т.д.
Но прежде чем дело дойдет до трибунала, должно быть проведено следствие.
При каждой крупной воинской части типа бригады, дивизии и выше был штата военных следователей. Иногда они были очень въедливые ребята и заваливали командира части бесконечными указаниями на правонарушения.
Они же были своеобразным буфером между воинской частью и местными жителями, которые, если честно, от армии сильно страдали. Потому что армия как саранча объедала и разоряла все. И всех при этом понять можно. Солдату тоже кушать хочется, а то, что он отбирает зерно, допустим, у колхоза и тому нечего будет сажать весной, солдата не очень волнует.
Единственным человеком, которому можно было пожаловаться на самоуправство бойцов на постое был военный следователь. Он направлял материал следствия командиру части, а если преступление было прям совсем чудовищным, типа убийства, то в ВТ.
В каждой части вёлся учёт следственных дел. Сейчас эти дела засекречены.
В книгах учёта указывалось на кого было заведено дело, когда начато следствие, когда окончено (редко когда следствие занимало больше 2 недель), по какой статье и чем дело успокоилось. Затем материал передавался в ВТ и дальше уже выносился проговор.
На каждый приговор составлялась учётная карточка, в которой указывалось кратко чего произошло, по какой статье осуждён боец и каков приговор. Самый страшный приговор — расстрел.
Обычно это все преступления, связанные с дизертирством, изменой родине, политические дела и т.д.. 58 статья.
Следующий — 10 лет ИТЛ. Это Магадан и т.д.
Более массовая — от 3 до 8 лет ИТЛ. Часто эти сроки сразу же заменялись штрафбатом.
Решением суда за незначительные преступления могли сразу отправить в штрафбат.
Штрафники до последнего времени были стигматизированы, как и пленные. И только недавно отношение к ним стало поспокойнее. По сути это были те же стрелковые части, в которых был постоянный офицерский состав, и был переменный состав, т.е. осуждённые.
В среднем срок пребывания в штрафбате составлял 3 месяца. Если человек был ранен или проявлял героизм, решением командира части возможно было ходатайство, чтобы с бойца сняли судимость и отправили в обычную часть.
А теперь – к животрепещущим вопросам:
🔖 Где искать такие дела?Дела с такими ходатайствами лежат в фондах штрафбатов.
🔖 Всё засекречено?
Эти дела выдаются в читальный зал ЦАМО.
🔖 Можно ли что-то узнать про ВТ?
Хлопотно, но можно. Через личный запрос в ЦАМО на архивную справку из учётной карточки ВТ.
🔖 Как?
Если поручаете работу исследователю, то к доказательству родства понадобится нотар. доверенность.
Пишите.
#библиотекапоиска
3 минуты
8 мая 2024