Александр Пушкин прижал ладони к лицу и беззвучно заплакал. Его рыдания сопровождались всхлипами. Он заслужил жгучую моральную боль: это его расплата. Жестокая и беспощадная. Время от времени Пушкин отнимал руки от лица и смотрел на бездыханную Евдокию, лежащую на кушетке, словно надеялся, что она откроет глаза. 22-летняя женщина была прекрасна, несмотря на истерзанный кортиком стан, прикрытый красивым платьем. Слуги уже переодели Евдокию. Казалось, она прилегла отдохнуть, однако до сознания Александра Петровича постепенно доходил весь смысл произошедшего. Он погубил свою жену, которую очень сильно...