104,9 тыс подписчиков
Конечно, формально и «в идеале» выборы должны выдвигать вперед «партию большинства». Но в 1917 году было множество моментов, которые фактически привели страну в фарватер «военной демократии» (которая от обычной заметно отличается).
Эсеровская партия встретила осень семнадцатого года в состоянии раскола на «левых» и «правых», при общей рыхлости и даже «оттоке» части электората и членов партии в ряды более радикальных политических сил (большевиков, прежде всего, но не только).
Кроме того, за эсерами закрепилась репутация «соглашателей», политиков, неспособных на продвижение популярных мер. Зависимых от «кадетов и капиталистов».
Да, крестьянство всё равно голосовало за эсеров. Но... не военные части. Эти-то как раз голосовали за большевиков. Причем это выяснилось ещё в сентябре 1917 года:
«В выборах также приняли участие 30 411 солдат, из которых 25 417 (83,58%) отдали свои голоса большевикам. РСДРП(б) набрала в Москве 51,5% голосов, кадеты — 26,3%, народные социалисты — 1,0%; эсеры — 14,1%; меньшевики — 4,1%; прочие партии и группы — 2,8%...» (с) С. Ю. Журавлев. Ведущие политические партии на выборах в Москве в 1917 году. Вестник СПбГУ, 2009.
И это в ситуации, когда как раз «человек с винтовкой» определял политику. Ведь если бы не солдаты Петроградского гарнизона, то никакой вам Революции.
В условиях 1917 года ключевыми и были как раз голоса солдат и их поддержка. Этот фактор позволил большевикам взять власть в центре страны. А эсеры с «крестьянскими голосами» лишились рычагов в борьбе за городские центры...
1 минута
18 марта 2024
2644 читали