7 подписчиков
Пластинки Стива.
—Ты вечно разбрасываешь эти коробки по всему дому! Я уже много раз тебя просила выкидывать их сразу, как только распакуешь.
—Ты же знаешь, это коллекционные, я потом вырезаю лицевую сторону и храню их. Скоро я уберусь, только дай дослушать, пожалуйста.
—Тебе бесполезно говорить. Наш порядок для тебя вообще не важен. Важны только эти пластинки! Уже кучу здесь навешал, скоро пустого места не останется. А остальные под столом лежат. Когда я сижу там и работаю, мне ужасно неудобно. Прошу, Стив, отвлекись и прислушайся ко мне,—Дженис перешла на мольбы, уже обессилено опустив руки. Последнюю фразу она и вовсе произнесла на выдохе.
Но Стив продолжил с методичной аккуратностью протирать детали проигрывателя, даже не повернув головы в её сторону.
Я лежал рядом и смотрел на все это зрелище. Сначала оно меня немного напугало, потому что Дженис вообще редко повышала голос. Проигрыватель совсем меня не пугал, я уже привык к музыке, которая выходит из этого странного предмета. Но Стив выглядел каким-то слишком отстранённым, поэтому она, наверное, и обиделась.
Дженис окончательно расстроилась от такого исхода разговора и вышла из комнаты на кухню. Я побежал за ней, покинув Стива на время. Прижавшись щекой к её бедру, я заскулил, пытаясь показать ей свою поддержку. Она осторожно погладила меня по голове, задумавшись видимо очень глубоко. Она смотрела в одну точку перед собой и молчала несколько секунд, а потом прошла на диван и взяла книгу с кофейного столика.
—Пусть ужин сам себе готовит,—прошептала она себе под нос, нахмурив брови. По правде говоря, скоро её раздражение сошло на нет, она стала спокойно читать книгу, а я лежал рядом и своим присутствием поддерживал её. Всё-таки беспорядок в комнате со столом мне тоже не очень нравился. Я постоянно боялся наступить на какую-нибудь хрупкую пластинку на полу. Или истоптать грязными лапами коробку. Стив бы расстроился.
Вечером мы с Дженис отправились гулять. Точнее, я гулял, а она бежала рядом. Очевидно, пытаясь ещё разок прожить негативные эмоции и немного облегчиться, чтобы не оставлять на сердце неприятный осадок. Стив остался дома, больше он не выходил из комнаты, после того, как Дженис ушла.
Когда мы вернулись, свет в коридоре был выключен. Только какой-то слабый огонёк горел на кухне. На подоконнике стоял проигрыватель: красивый и явно приведённый в божеский вид ради демонстрации своих способностей. На нём крутилась “Can’t help falling in love”, Стив стоял около кухонного стола в рубашке и брюках. С галстуком он, очевидно, не смог справится без Дженис.
Ой, хотел вам сказать, галстуки такие смешные! Длинная верёвка, ещё и разная с двух концов. Галстуки бывают с красивыми узорами, полосками, разных цветов. Я часто таскаю галстуки из шкафа Стива, правда потом часто запутываюсь в них лапами и Дженис помогает мне распутаться.
Ну так о чём я. Дженис, конечно, застыла в дверях с удивленным выражением лица. На столе была лазанья, две тарелки, приборы, свечи, красивая скатерть, вино и огромные бокалы. Она не смогла устоять, подошла к Стиву и крепко обняла его, а он улыбнулся.
—Прости. Ты можешь мне не поверить, но я убрался…
Дженис покачала головой:
—Это неважно.
«Неважно??? А почему же вы тогда поссорились? Дайте-ка посмотреть, что там он убрал!»
Я побежал в открытую комнату и остановился посередине, в центре ковра. На полу больше не валялись части коробок, под столом поселился огромный ящик с несколькими полками, на котором ровно, в алфавитном порядке, стояли в ряд пластинки Стива. На стенах тоже всё упорядочилось. Остались только самые дорогие и коллекционные экземпляры, прочее перекочевало в ящик.
«Ну Стив даёт!»
Я вернулся в кухню и застал Стива и Дженис, кружащимися под Элвиса в медленном танце. Стив обнимал Дженис за талию, было совершенно всё равно, что он нарядился в рубашку и брюки, а она даже не переоделась с пробежки. Дженис устроила голову на плече Стива, прикрыв глаза.
«Да, любовь - это красиво!»
3 минуты
20 февраля 2024