Лучший футболист Армении XX века Хорен Оганесян в беседе с ТелеСпорт.ру
— Техничные игроки, как правило, невысокого роста. Месси — 170 см, Марадона — 165… Вы, наверное, в детских командах были самым маленьким?
— Да, я был действительно маленьким, но физически очень сильным. Гены: отец — штангист, мама — гимнастка. Я уже в пять лет начал кататься на коньках и играть в хоккей. Занимался теннисом, баскетболом… И если бы не стал футболистом, мог бы стать хорошим штангистом, борцом. Мой младший брат, кстати, мастер спорта по штанге.
— Вы в юношескую сборную СССР попали чуть ли не из дворовой команды…
— В 1969-м эта команда — «Ани» — выиграла «Кожаный мяч». В Волгограде в финале играли с Минском, счет не помню, но свой гол я забил. Потом в 16 лет сначала пригласили в юношескую сборную Армении, там меня и заметил Лядин — тренер сборной СССР. В январе 1973-го были на сборах, и Лядин спросил, где за какую команду играю. «Пока ни за какую…» Он удивился: «А в «Арарат» разве не взяли?» Тогда как раз Никита Павлович Симонян принял «Арарат». И Лядин дал мне письмо: «Отнеси в спорткомитет — пусть они тебя «Арарату» покажут. А если с «Араратом» не получится, сразу вылетай в Москву. Найду тебе клуб!» Я принес письмо в спорткомитет, меня буквально на следующий день вызвали в «Арарат» и я поехал на сборы в Гагры. Вот так началась моя карьера.
— Если бы не взяли в «Арарат», где бы вы в Москве заиграли? Лядин не говорил?
— Может, в «Спартаке». Меня ведь Бесков все время приглашал, каждый раз, когда встречался с ним в сборной: «Хорен, приезжай в Москву, будешь у меня играть!». Думаю, я подходил под тот стиль футбола, который он прививал «Спартаку». Да меня тогда почти все команды приглашали, но я не хотел уходить из «Арарата» — любил эту команду, любил свою родину.
— Однако Симонян вас как-то не спешил ставить, два года бегали за дубль…
— Я должен был выйти в первой команде еще в 1974-м при Симоняне, но получил травму.
А в 1975-м Маслов принял команду и сразу меня поставил в состав — в марте в Ереване против «Баварии». Это был ответный матч Лиги чемпионов, там мы проиграли 0:2. Я был в запасе, начался второй тайм, и вдруг Маслов говорит: «Выходи!» Я был ошарашен — не ожидал.
— Ноги то не дрожали?
— Конечно, мандраж был, огромная ответственность, полный стадион (70 000 зрителей — прим. ред.). Но у меня такая особенность — когда выхожу на поле, все проходит. Никогда ноги не дрожали… Я заменил Казаряна. А через 10 минут сломал руку капитан Заназанян. Но мы выиграли 1:0 (гол забил Андреасян на 35-й минуте — прим. ред.). Это было единственное поражение «Баварии» в том году — они выиграли Лигу чемпионов.
«У меня был только один финт? Так у Гарринчи — тоже!»
— Вы, что называется, технарь. Был какой-то любимый финт?
— Не знаю, можно ли это назвать финтом. Показывал, что буду идти вправо, но прокидывал мяч влево — левой ногой. Я ведь левша. Постоянно обводил именно таким приемом. Защитники прекрасно знали, но все попадались на это ложное движение. Но у Гарринчи тоже ведь был один финт — правильно? Движение влево — рывок вправо. И все тоже прекрасно знали, как он будет обводить, но ничего поделать с ним не могли! Ривелино тоже в основном пользовался одним финтом. А Месси что сейчас делает? Он держит очень близко мяч к ноге, защитник боится его атаковать, потому что только сделает движение навстречу — в этот момент Месси пробросит мяч мимо. В доли секунды обыграет!
— На Кавказе всегда много было техничных ребят, но вы не совсем типичный футболист. Южане часто передерживают мяч, а вы при всей технике игрок очень командный…
— Комбинационный. Но всегда любил играть вперед. Это Бесков и ценил, он требовал, чтобы было меньше передач назад, поперек. Я многому научился у Бескова. Но и от Лобановского тоже что-то взял.
— Что же интересно? Какие-то советы давал?
— Какие советы! Когда ты уже сложившийся игрок… Главное, надо было играть в его футбол. Прессинг я в первый раз увидел в исполнении киевского «Динамо». Это был фут
3 минуты
18 февраля 2024