Я напомнил, что он так ни разу и не ответил мне о том, что за дверью. А он сказал, что я и не хочу этого знать. Сначала шутил, но потом стал настаивать. Наконец он рассказал мне. И я ему не поверил. Это же старший брат, который за всю жизнь миллион раз вешал мне лапшу на уши. С его слов: у предыдущих (и первых) владельцев дома была дочь-подросток, которая оборудовала подвал для своей спальни. Дверь вела в ее шкаф, где однажды ночью она свернулась калачиком, приняла несколько таблеток и покончила с собой. Семья собиралась перестроить подвал, но после того, как разобрала его на части, поняла, что они не смогут этого сделать. Им пришлось переехать. Вот почему недостроен был только подвал. И вот почему брату был по карману этот огромный дом. Продавцу пришлось сообщить, что в резиденции произошло самоубийство. Он сказал, если я ему не поверю, посмотреть рыночную стоимость одинаковых домов в его треке (я знаю, сколько они заплатили за свой дом, и это оказалось намного дешевле). Они с женой считали себя адекватными людьми и не стали отказываться от невероятно выгодной сделки. Только они решили про историю дома никому не говорить. После того как они переехали, его жене нравился подвал. Но брат этот подвал возненавидел. Он извинился за то, что ничего не рассказал мне до того, как я остался там. Но он даже и не думал, что у меня будет какая-то причина спускаться вниз. Теперь вот что меня убедило. Я сказал: «Хорошо, единственное, что заставляет меня поверить тебе, это то, что в последнее утро, когда я был там, я подошел к двери шкафа», — и в этот момент я увидел, как меняется лицо моего брата. Тем не менее, я решил закончить: «Когда я подошел, чтобы открыть ее, воздух был как…» и в то же мгновение я сказал «электричество», и мой брат сказал «электричество». Мы сказали это одновременно, я увидел его лицо и понял, что он говорит правду. Я больше никогда не ступал ногой в тот подвал, и с тех пор я не ходил во сне.