3 подписчика
В Казани на основной сцене русского драмтеатра им. В. Качалова состоялась премьера спектакля «Свои люди» по пьесе Александра Островского «Свои люди — сочтемся».
Состав преступления в двух действиях:
«Москва, 1849 год. Предприниматель Большов С., надеясь отделаться от кредиторов, решил объявить себя банкротом. Действуя по преступной схеме, он переписал все имущество и бизнес на своего управляющего Подхалюзина Л. Когда Большов С. оказался в долговой тюрьме, он ожидал, что подельник его выкупит, но Подхалюзин Л. сам называется нищим. На текущий момент Большов С. продолжает отбывать наказание в долговой тюрьме».
Автор слабо знаком с репертуаром театра Качалова, поэтому со стороны может лишь отметить, что актерский состав, как сказано в буклете, действительно полон дарований и занимает главное богатство театра.
Народный артист России и Татарстана, режиссер спектакля Александр Славутский сумел добавить неожиданное прочтение бессмертной комедии Островского, и тем удивил своего зрителя. Симбиоз мастерства старшего поколения и азарта молодого усиливается темой спектакля. Заслуженному артисту России Михаилу Галицкому, исполнившему роль Самсона Силыча, удалось изобразить не обычного дельца, а настоящего мученика. Одинаково красноречиво на нем сидят и барский халат, и кожаная куртка с винтажным шарфом. Дуэт Кристины Андреевой (Олимпиада Самсоновна) и заслуженной артистки Татарстана Надежды Ешкилевой (Аграфена Кондратьевна) очень живо и натурально исполнил нездоровые отношения дочери и матери. Иван Крушин ловко переобувается из черной кирзы маленького приказчика в белую кожу совестливого предателя (хотя совесть его все еще имеет цену). Маленькая звездочка спектакля — вечно пьяный Сысой Псоич в исполнении Марата Голубева. Ее хмельное падение сыграно с таким же аппетитом, с каким сам стряпчий готовится выпить внеочередную чарку.
По окончании действия труппа, вместе с постановщиком, неоднократно выходила на поклон под неумолкающие аплодисменты.
Новые смыслы в комедии Островского приносят с собой костюмы, а вернее один лишь костюм — та самая коричневая кожаная куртка Самсона Силыча. Она появляется на нем в момент его откровения, когда в сопровождении солдата банкрот возвращается в свой дом за деньгами.
Во-первых, этот атрибут в общественном сознании привязан к образу бандита и авторитета, его сопровождают воровская честь и сила слова. Во-вторых, этот элемент сразу соединяет конец XX века и середину XIX века. Романтические произведения во времена Островского уже выходили из моды, и свои произведения он писал в реалистическом ключе. Вышло так, что Славутский в «Своих людях» обозначил этим переходным периодом уже 90-е.
Намеренно или нет, действует ли здесь харизма Михаила Галицкого или таков замысел режиссера, но преступник, который в свое время сделал себя сам, становится натуральным мучеником, доверившись своему зятю, почти сыну. А ведь когда-то Олимпиада Самсоновна всего лишь хотела замуж за военного.
Антураж 19-го столетия сменяют белоснежные модные бутики нулевых, но это лишь декорации, их латунный каркас остался прежним. Молодые избавляются от родительского давления, но внутри не меняются. Финал не дает ответа, придут ли кредиторы за Лазарем Елизарычем, но даже если так, Олимпиада по нему скучать не будет, потому что все в этом доме: любовь, бизнес, верность — куплено.
2 минуты
13 апреля 2025