Ветер разносил по Медному порту листовки с крамольными стихами. Только заслышав железную поступь стражи, юноша, раздававший их, юркнул в толпу людей и был таков. Зеваки долго спорили, был ли он высок или низок, темноволос и смугл или, наоборот, по-северянски бледен, а может и вовсе нерсианин. Вспоминали только яркое щегольское перо на берете, да челюсть, перемотанную тряпкой, словно при зубной боли. На листовке красовались памфлеты…
Родились. И что же дальше?
Жизнь такую желают врагам.
Повинуясь законам фальши,
Поклоняться мертвым богам.
Не дано ни ума, ни стати,
Лишь уменье считать ворон.
Проходимца в вороньем платье
Посадили на царский трон.
Такова, видно, воля наша
Хорониться по клеткам от зла
И молиться, чтоб эта чаша
Стороною нас обошла.
Подпись: Горечавка. Власти уже давно ловили загадочного мятежного рифмоплета, накрывали одну печатную фабрику за другой, да все без толку. Все равно что ловить ветер в поле. Городские топили его памфлетами печи, да только стихи врезались в память, как клеймо. А еще еретические бумажки внезапно оказывались то в карманах, то в домах добропорядочных горожан… Словно сами демоны Гайялты их туда подкидывали, ой-ей!
Ловкий юноша скинул берет, освободив на волю копну рыжих волос, а из-под тряпки – хорошее личико, и через несколько минут из подворотни чинно выступила дама в темно-зеленой накидке.
1 минута
4 января 2024