582 подписчика
Болтаем с Лёвкой перед сном, я ему цыцкаю и вспомнила эту историю про «Цыц!» из Винни-Пуха, как по пути в экспедицию депрессивно-агрессивный Иа до смерти перепугал своим цыцом самого маленького родственника и знакомого Кролика – Сашку-букашку.
Лев извивается по кровати от смеха, как уж на сковородке. А ведь он эту главу сто-пятьсот раз читал в книжке. Но вот не помнит, хоть убей.
- Мам, мам, расскажи ещё что-то смешное про Винни-Пуха, а?
- Да там всё смешное, сынок, эдак я тебе всю книжку перескажу.
- Мам, я хочу такую книжку!
- Так у нас 3 было, мы их продали-отдали перед отъездом, ты мне доказывал, что знаешь их наизусть.
- Да ты что, мам? Что правда? Как я мог?
Заказала я, конечно, сегодня опять Винни-Пуха, не очерствело материнское книголюбское сердце. Но себе приметила: да, этот пирожок прочитал уже дофига книг. И умных, и детских, и душевных и даже скучных.
Что он в плане информации и запоминания из них взял, я не знаю, но всё больше у меня усиливается убеждённость в мысли, что в этот период прочитанные им книжки были не для наполнения мозга знаниями, а для какой-то базовой детской радости, счастливости, смешливости, лёгкости и игривости.
То, что мы называем ощущением детства – внутренняя радость бытия, вера в прекрасное и чудесное, надежды и мечты и смешинки в глазах.
Кажется, в нашей семье это делалось и делается книгами.
Разговорами, конечно, щекотушками, потискушками, юморком и чаепитиями под звёздами. Но книги – если он их не запомнил, не могли же они пропасть бесследно?
Наверняка они усвоились какой-то бессознательной частью, отвечающей за чувство счастья по умолчанию
По крайней мере, мне бы так очень хотелось.
1 минута
10 августа 2023