48 подписчиков
И СНОВА ЗДРАВСТВУЙТЕ!
Сегодня речь пойдёт о днях нашей бурной молодости. Мы с Дмитрием — совсем юные, ожидающие своего первенца, живём на девятом этаже в доме не то, чтобы совсем без лифта, — у нас их было целых два, — но оба нерабочие.
Свою жизнь в маленьком рабочем посёлке на шесть домов я могу охарактеризовать одним словом: нам было весело.
Иногда профессиональный юмор очень специфичен, но бывают и шутки, понятные каждому. Вот, например, вопрос наивного пятиклассника:
— Дмитрий Яковлевич, а вы английский язык весь наизусть знаете?
Или вот ещё, рассказ русской учительницы, эвакуированной из Грозного в наш город. Мы сидели в её комнате и слушали бесконечные рассказы о Чечне, о довоенной жизни, о её молодости. Она была не сильно старше нас, но все же ей было уже за тридцать, а нам — по двадцать три, и мы любили ходить в гости. Эту соседку мы навещали чаще всех, тем более что моя мама сама родом из Грозного, и Светлану Ивановну очень умиляло, что блюдо из картошки с мясом я называю по-грозненски — соус. А она всё сидела то у нас на кухне, то у себя, и говорила, говорила, как будто хотела выговорить нам, молодым, желторотым, но все-таки коллегам всю свою предыдущую жизнь. Так многие люди справляются со стрессом. Итак, сама история, рассказанная её бойкой скороговоркой:
— В том классе был один — как их теперь называют? — неформальный лидер. А я молодая, только после института. Хочу начать объяснение, а они галдят, слова сказать не дают. И вот этот самый лидер встаёт и кричит на весь класс самому горластому:
— Замалчи свой рот!
Потом поворачивается к мне и так, небрежно:
— Гавари!
В тот год мы очень много смеялись. Светлана Ивановна в свои тридцать с чем-то пережила бомбёжки, спешный отъезд из города, с наспех собранными вещами, среди которых был ковёр странной красно-синей расцветки, от которого рябило в глазах. Каким-то чудом она устроилась в небольшую школу в поселке городского типа и как беженка получила комнату в подселёнке, в нашем же доме, где жила с двенадцатилетним сыном. Муж работал шофёром на вахте. И всё-таки мы смеялись каждый день: потому что без позитива и радости такого кошмара можно было и не пережить.
Мне в мои двадцать три было сложно понять, что чувствует человек, потерявший вообще всё, что было в прежней жизни: дом, работу, родной город, старых друзей, разбросанных теперь по всему свету. И вот мы с мужем были для неё своего рода лекарством. Возможно, она воспринимала нас как детей или как совсем уж младших братишку и сестрёнку. Но мы дружили, и я до сих пор с теплотой вспоминаю эту дружбу. Я и теперь встречаю Светлану Ивановну неподалёку от автобусной остановки, куда она до сих пор приезжает из своего посёлка.
Мы даже какое-то время вели среди соседей библейский кружок. Рассказывали чудеса из своей жизни, кое-как привязывая их к разбираемому в данный момент месту Писания. Помню, сидим мы с соседкой на лавочке, и я рассказываю, как Господь обеспечивает Своих детей. Оглядываюсь в поисках примера…
— Ань, нам молоко из деревни привезли, возьмёте себе баночку? — высовывается из окна наш местный доктор.
Подхожу к её окну, забираю баночку, возвращаюсь на лавочку к изумленной соседке:
— А, ну хотя бы — вот. Примерно вот так.
Помню ещё один случай. Произошёл он как раз в тот период, когда мы с Маринкой в ночь вошли в пост, и Господь открылся мне как Отец. Это был воскресный день, я ездила в церковь, как говорили в посёлке, «в район». Со мной рядом сел парень немного залихватского вида, повернулся ко мне и говорит:
— А вы знаете, что в Чапурниках мы этот автобус будем бить?
Как говорится, дух внутри меня возмутился, я к нему развернулась и, не повышая голоса, ответила:
— А ты знаешь, что Бог есть? А ты знаешь, что ты в ад идёшь?
Паренёк сразу как-то сник, скукожился, полез за пазуху и достаёт оттуда… алюминиевый крестик:
— Вот, видите? У меня тоже крестик есть!
Вообще, какой-то неканоничный способ евангелизации. Не так, как учили. 😊 Но сработало. Полчаса я объясняла пацану, как Господь меня спас и как Он обо мне заботится.
Окончание здесь.
3 минуты
30 апреля 2023