Сегодня 10 лет, как нет моего папы, 10 лет, как у меня отвалилось полжизни. Это была первая потеря в череде потерь. Я вдруг поняла, что моей системой очень разных координат был папа, я многое считала от даты его рождения, то есть смотрю фильм, и говорю, о, снят за год до папиного рождения, или читаю о какой-то известной личности и думаю, что они с папой жили в одно время. Пятидесятые-шестидесятые - это годы папиной молодости, стиляги, узкие брюки, московская студенческая жизнь, и это папина фотография, где он очень молодой и очень уставший держит меня на руках, потом папа в какую-то метель несётся со мной в детский сад, а потом в школу, потому что ему надо успеть на работу, а со мной быстро не получается, его разговоры о его молодости и юности, когда я уже подросток, его сочувствие мне в моих несчастных подростковых проблемах, папа, который всегда был готов помочь, послушать и помириться, когда мы ругались. Он всегда помнил, что я люблю и всегда встречал меня, я хочу его рыбу, которую он ловил, а потом запекал для меня, когда я приезжала, и печеную картошку, и селёдку...