18,1 тыс подписчиков
ТУРГЕНЕВ и Соловецкий лагерь особого назначения.
Читаю «Воспоминания» Дмитрия Сергеевича Лихачева. И вот сегодня, в Великую пятницу – о Соловецком лагере, в котором будущий ученый провел в заключении 3 года. В такой день уместно помянуть всех русских людей, принявших страдания в ХХ веке.
Невозможно сдержать слез, читая главу «Приезд Максима Горького и массовые расстрелы в 1929 году». И это уже не о семейном абьюзе, не об алкоголизме русских писателей, а о чем-то бОльшем: о Совести и невозможности искупить свои поступки. Лихачев никого не осуждает, он бесстрастно ведет рассказ о том, что видел сам. И эта его некоторая отстраненность и обыденность потрясают больше, чем гневные возгласы и обвинения.
Но даже там, в нечеловеческих условиях, русская литература давала опору и свет тем, для кого слова «духовность» и «культура» - не пустой звук:
«Пожилые люди, которые любят Тургенева, любят его по-особому. Тургенев – это их отношение к жизни, к «прекрасному» и к русскому слову. А. Н. Колосов (один из заключенных, профессор), читавший Тургенева и восхищавшийся особенно «Асей», вызывал у нас удивление. Книг было немного, я тоже стал читать «Асю» и понял. То была настоящая жизнь, в которой даже несказанное слово играло роль. Мы же находились в грубом и свирепом мире кошмарного сновидения. Призрачная действительность Соловков была материально грубой. Не верилось в существование торфоразработок, лесозаготовок, болот, нар, сыпного тифа, «комариков», «пеньков», «камешков», «жердочек» – все это было невероятно. Тургенев же с его роковой судьбой одного только несказанного слова в «Асе» казался настоящей жизнью.
Поднятый карандаш Колосова был своего рода оружием, копьем, направленным против каторжного мира Соловков.
Искусство и действительность не были ничем связаны друг с другом. Заключенные, покрытые вшами, смотрели «Детей Ванюшина» в Солтеатре и заливались слезами, забывая о том, что они сами перенесли и что творилось за стенами театра. Пели чувствительный романс и переживали его с особенным чувством. Разлука в романсе была в какой-то момент сильнее, чем реальная разлука с семьей.
Вот почему придуманный «для туфты» Соловецкий театр играл такую большую и «утешающую» роль на Соловках. Он существовал по крайней мере 6 лет (с 1926-го по 1931-й)»
А вообще книга потрясающая, слог необыкновенный, читаешь – и не хочешь останавливаться.
1 минута
14 апреля 2023
486 читали