5 подписчиков
На днях наткнулась на канал в ТГ, который ведет девушка в депрессии. И поняла, что спустя столько месяцев готова сделать нечто подобное. Я не претендую на какие-то обширные знания, что нашла путь к выздоровлению и всякое такое. Напротив — я иду по болоту в темноте, то и дело увязаю или попадаю в тупик. Но это путь, который я понемногу начинаю принимать. Ужас первых дней последнего «приступа», которому год и почти четыре месяца, сменился слабой надеждой. Даже не надеждой. Я закрывала глаза поздним вечером и уговаривала себя, что утром все пройдёт, что я вернусь в мир сама собой. Я не понимала, что происходит, как глубоко увязла.
Я даже не помнила, что такое было и раньше. Не настолько темно было, но задним умом мне кажется, что должна была понять. Должна самой себе. Но поняла гораздо позже.
Когда кто-то пытается объяснить своим близким своё состояние, он почти целиком и полностью обречён на провал. И я провалилась. Собраться не получалось. Прийти просто в себя я не могла. Не получалось даже понять, что происходит, какое там объяснить?
Садилась работать и рыдала. Пыталась ходить на долгожданные курсы и едва дожидалась окончания, чтобы бежать домой и прятаться под одеяло.
Мне повезло. Черт, мне люто повезло. Несмотря ни на что, я держалась за прежний график. Какая-то крошечная часть меня продолжала помнить, что бывает иначе. Я знаю, что многие в депрессии и встать на ноги не могут, не говоря уж о том, чтобы что-то делать. Я делала, пусть и от силы на пять процентов.
Я доезжала до работы, участвовала в совещаниях, бежала в туалет, как накатывало (а это происходило постоянно), плескала в лицо воды, смотрела в зеркало на отёкшие глаза и шла обратно. Работать, жить, или делать вид, чтобы вечером врубить сериал, залиться пивом до того состояния, когда смогу вырубиться.
А утром… Утром в первый момент после пробуждения было хорошо. Но через пять шагов становилось понятно, что это не утро нового дня, а возвращение к обычной пытке. И так каждый день.
Но та маленькая часть продолжала напоминать, что бывало иначе. Напоминала, что это неправильно. А раз так — есть шанс вернуться, наладить, выздороветь. Но с каждым новым утром напоминала все тише.
Думала ли я о том, чтобы закончить все? Неоднократно. Даже прикидывала максимально эффективные способы. Меня спас супруг.
Нет, я не стояла на мосту. Я вернулась домой в своём обычном состоянии и что-то ляпнула. Вроде «я несчастна в этой жизни». Не помню точно что. И он ляпнул, что мол жаль, что нашей семьи недостаточно, чтобы сделать меня счастливой.
Это было больно. Он извинялся. Я перестала доверять. Но поняла, что как бы дерьмово, отстойно, уныло и серо я себя не ощущала, это не повод причинять родному человеку ту боль, которой так боялась в детстве.
Тогда я решила нести свой крест, как бы пафосно это ни звучало, до конца.
2 минуты
18 апреля 2023