131,2 тыс подписчиков
Великая встреча.
Значительной вехой в истории Римской Республики стала победа над Карфагеном, чья мощь была окончательно подорвана результатами Второй Пунической войны (218-201 гг. до нашей эры). Последним крупным сражением того конфликта оказалась встреча двух армий у Замы, недалеко от самого Карфагена. Однако перед тем, как стороны начали ожесточенно избивать друг друга, два величайших полководца того времени увиделись для короткого разговора - молодой римский проконсул Сципион Африканский и его визави, уже не раз проявивший себя как гениальный тактик, Ганнибал Барка.
На рандеву они явились без посторонних - их сопровождали лишь переводчики. И первым с речью вступил Ганнибал. Говорил он в основном о том, что им стоит прекратить распри и решить все мирным путем. По-видимому, он уже отчаялся и перестал верить в возможность одолеть врага на заключительном этапе. При этом карфагенский полководец вспомнил свою блестящую победу при Каннах в 216 году до н. э. И то, как после нее они на военном совете обсуждали судьбу Рима. "Превратностью судьбы" назвал он ситуацию, в которой теперь оказались карфагеняне. Поскольку Сципион решил перенести боевые действия на территорию врага.
Сципион ему отвечал, что боя не избежать. И вообще, агрессивные действия начал именно Карфаген, поэтому получит теперь он по заслугам. А мир следовало предлагать в ту пору, когда Ганнибал свободно шагал по земле римской. Теперь же - либо позорная капитуляция, либо славный бой. Который известно чем закончился.
После Замы Ганнибал некоторое время находился в Карфагене. Позже ему пришлось бежать - уже полностью подчиненный недавнему врагу городской совет обвинял полководца в заговоре против Рима. И в 195 году до н. э. они со Сципионом снова встретились. Теперь уже в городе Эфес, что в Малой Азии. В этот раз они обсуждали величайших полководцев в истории. Сципион попросил Ганнибала перечислить трех самых-самых. И тот, недолго думая, перечислил: Александр, затем Пирр, а третий - он сам. Римлянин тогда усмехнулся и сразу спросил: "Каким же был бы твой ответ, если бы ты победил меня?". "Я бы поставил себя перед Александром", - ответил ему Ганнибал. Таким образом, не назвав имени Сципиона, он польстил ему. Историк Ливий назвал это "пунийской хитростью".
Художник: Peter Dennis
1 минута
3 марта 2023
5413 читали