2554 подписчика
«Груз из Чертаново»
Всё началось с того, что Серега-дальнобойщик, после трех месяцев без работы, согласился на левый заказ. Звонил какой-то мудила с московского номера, голос хриплый, будто глотку бритвой разодрал: «Привезешь коробки из Чертаново в Углич. Без вопросов. Полмиллиона наличкой. Согласен — через час на трассе А114, черная Газель». Серега сплюнул, подумал — ну, наверное, наркота или органы. Но полмиллиона... За такие деньги он бы и черта в кузов взял.
Газель стояла там, где обещали. В кузове — три деревянных ящика, обтянутых целлофаном. Пахло... мокрым цементом и чем-то кислым, как от протухшей стерлядью. Серега плюхнулся за руль, включил дальний свет и двинул по разбитой дороге. Через час началось.
Сначала в зеркале заднего вида мелькнуло лицо. Женское. Бледное, с синими прожилками на шее. Серега рванул руль, чуть не врезался в отбойник. «Бля... не спать Епта, — прошипел он, впиваясь ногтями в руль. Но через полчаса снова: стук в заднюю дверь кузова. Тук-тук-тук. Ритмично, как будто кто-то внутри ящиков скребется.
В Угличе его ждал мужик в кожанке и с обрезом за поясом. «Ты че, сука, опоздал на два часа?!» — рявкнул он, тыча стволом Сереге в живот. Тот, дрожа, открыл кузов. Ящики стояли на месте. Но целлофан был порван, а из щелей сочилась густая черная жижа. Кожанка вдруг побледнел: «Ты... ты их не открывал?» Серега покачал головой.
«Бля, да тут же...» — кожанка отступил на шаг, и в этот момент из ящика вырвался хриплый вой. Не человеческий. Не животного. Как будто сама земля застонала. Серега рванул назад, но кожанка уже кричал, стреляя в кузов обрезом. Дверца распахнулась, и ящики рухнули на асфальт.
Там, внутри, были люди. Вернее, то, что от них осталось. Скрюченные тела, обмотанные проволокой, лица распухшие, с выколотыми глазами. И они... шевелились. Кожа на них пузырилась, как кипятком облитая, а изо ртов выползали черные, жирные черви.
«Это же те... те, которых Серый заживо в бетон залил!» — заорал кожанка, и Серега вспомнил: год назад банда «Серого» утопила в бетоне семью стукача. Говорили, их души теперь по сей день кричат под землей...
Кожанка побежал, но из ящика вырвалась черная тень — будто сажа с когтями. Она накрыла его с головой, и он взвыл, захлебываясь кровью. Серега рванул к Газели, но тени уже вились вокруг, шипя на непонятном языке. Одна — с лицом той самой женщины из зеркала.
Прыгнув в тачку кожаного он рванул по трассе обратно, давя на газ, но в голове стучало: «Полмиллиона... полмиллиона...» А потом в салоне запахло мокрым цементом. И Серега понял, что заднее сиденье медленно покрывается серой, вязкой массой. Из нее выползла рука — костлявая, покрытая бетонном. Через секунду столб и ....
Когда менты приехала на место аварии, сначала решили, что это очередной случай с пьяным долбаёбом за рулём. Раскорёженная машина, внутри — тело. Но одна деталь выбивалась из общей картины: телефон. Он не был разбит, как всё остальное, и лежал аккуратно на крыше машины, включённый. На экране — последнее фото. Темная трасса, в отражении лобового стекла — человек с изуродованным лицом, рот стянут проволокой. А позади него — три неясных силуэта с пустыми глазницами. Подпись под фото: «НАШЛИ ВЫХОД🙂».
2 минуты
10 марта 2025