Найти тему
9 подписчиков

Застрял в Ладисполи.


Друг, обещавший вернуться в пятницу, задерживался.

Пока я гулял вдоль Джардини ди Фиренце – если честно, грустный заросший пустырь, как у нас, на краю Хайдарабада, даже хуже – встретил знакомого торговца с повозкой по имени Паскуале. Он остановился перевести дух, и, помогая себе руками, спросил, отчего я такой грустный.

Я ответил, что есть трудности в делах, и он полез в повозку. Под брезентом было стекло, о чём я догадался ещё до того, как мы поравнялись - бутылки звенели на всю улицу, и их было слышно на той стороне флорентийских садов. Паскуале достал одно со светло-розовой этикеткой и протянул мне. Я сконфузился, но взял. Это была самбука Малинаре.

Анис сделал не просто мой вечер, но и следующие три дня. Я пил ликёр, не переставая - не поджигал, пары не нюхал, кофе не грыз, употреблял чистым. Чистая самбука – чистый дофамин.

Паскуале, отдавший даром мне бутылку напитка, торжествовал. Я один, вероятно, истребил все те запасы, которые он привёз из порта. Я требовал ещё! Отметил также, что рыгается от самбуки знатно.

Когда друг вернулся, он меня не узнал, настолько опухло моё лицо. Зато была и хорошая новость - я познакомился с Луизой - служанкой, работавшей на вилле через два дома - и женился на ней.
1 минута