1116 подписчиков
– Ты правда хочешь оставаться здесь? Для чего? Кому нужно сейчас твоё геройство? Чем ты можешь помочь? О себе думать надо! И о ребёнке! – прямолинейная Маша битый час пыталась внушить свою правду убитой горем Наталье. Они познакомились в станции метро под звуки сигнальных сирен, девушка сама подсела к красивой брюнетке с округлившимся животом, её невыразимо печальный взгляд подстегнул любопытство рыжеволосой бестии. Маша была журналисткой, поэтому природное любопытство было в крови, так же как и коммуникативные навыки, особенно умение вывести любого на чистую воду в короткий промежуток времени.
Две девушки сидели на байковом одеяле, что так заботливо одолжили им их соседи по несчастью, укрываясь под землёй от атак с воздуха. Наташе нечего было скрывать, да и не было на то моральных сил, и она спокойно отвечала на вопросы, что задавала её любопытная собеседница, так беспардонно вклинившись в молчаливое, угрюмое одиночество новоиспечённой вдовы. Постепенно, любопытство сменилось жалостью, состраданием к трагической судьбе красивой девушки. А затем, к этим чувствам присоединилось непонимание, недоумение, возмущение. Они обе оказались в равных условиях. Маша тоже находилась в ожидании малыша. Мужа не убило снарядом, но он, как и другие, отправился на передовую. Его судьба висела на волоске, не было никаких гарантий и уверенности, что она увидит любимого вновь. Её мама и остальные родственники жили в Чехии. Оставаться здесь? Не было и речи. На их семейном совете было принято обоюдное решение – она должна уехать, покинуть страну как можно скорее. У неё здесь нет никакой защиты. Не сегодня, так завтра – вся Украина может взлететь на воздух, а может этого не произойдёт никогда. Но рисковать собственной жизнью и жизнью ещё не родившегося ребёнка? Этого она не хотела и не могла себе позволить.
– Я не хочу никуда уезжать. Моё место здесь. Это моя Родина. Я здесь родилась и выросла. Куда мне бежать? От чего? На что жить? – Устало отмахивается Наташа.
– А лучше оказаться засыпанной под завалами? Если тебе себя не жаль, подумай о жизни, что сейчас находится прямо здесь. – И Маша положила руку Наталье на живот. Та на мгновение задумалась и, затем, продолжила:
– Ты не понимаешь. Я не хочу становиться беженцем. Жить в статусе бездомного. Без Родины и флага. Просить помощи, зависеть от кого-то. Бросать место, что дало мне всё, что сейчас имею. И бежать в поисках лучшей жизни, когда здесь ежесекундно погибают люди. Когда страна нуждается в помощи и поддержке своих граждан. Ты хочешь уехать и я тебя не виню. У каждого человека есть выбор, он вправе вершить свою судьбу так, как сам того пожелает. Но для себя я уже всё решила. И не нужно меня переубеждать. Пустая трата времени.
Маша не унималась:
– Почему ты сразу записываешь себя в бездомные? Поехали со мной! Мы всё устроим, ты ни в чем не будешь нуждаться. И назад сможешь вернуться в любой момент!
Наташа теряла терпение. В глазах зажглись коварные огоньки, что не предвещали ничего хорошего:
– Я тебя вижу впервые в жизни. Моя жизнь здесь. Сколько я ещё должна повторить?
Дальше настаивать нет смысла. Маша отступает и сдаётся.
– Ладно. Я отстала. Но, если передумаешь, завтра можем встретиться на станции вокзала. Где будет проезжать эвакуационный поезд.
Наташа посмотрела на неё с нескрываемым удивлением.
– А на машине уехать нельзя?
Девушка истерично рассмеялась в ответ.
– Неужели ты не видишь, что происходит? Это был первый вариант, к которому я пришла. Но пока собиралась, а это всего лишь пара часов, до всех заправок города стало просто не добраться. Очередь на сутки вперёд. А что творится на границе? Бежать надо было утром, в тот же час. Как это сделали самые шустрые. Я не успела. Несколько дней стоять в дорожной пробке, рискуя собой, без четкого понимания пропустят тебя или нет, с отсутствием гарантий, что вообще удастся доехать до заветного КПП. Поэтому вариант остался только такой. Ближайший и более надёжный. Туда пропустят только женщин и детей. Поезд довезет до Львова. И оттуда на автобусе в Польшу.
3 минуты
14 декабря 2022