34 подписчика
4 апреля 2017 мы получили задание. Спуститься на Технологический Институт, и переправить сути тех, кто мог задержаться, не понять своей внезапной кончины. Последствия теракта в Петербургском метро.
Я помню, как шла по переходу станций, раскидывая внимание вокруг, на десятки, стараясь на сотни, метров. Созывая их, собирая, сообщая, что мы можем помочь, и скоро начнём. Помню, как в тот момент время замедлилось — идешь, и будто сквозь кисель. Подобное бывает во сне порой.
Придя в центр станции, мы обнаружили стихийный мемориал из гвоздик, целой горы гвоздик. Люди — 20-30-40 человек — стояли полукругом, в несколько рядов. Станция работала, будто бы в обычном режиме, но эта атмосфера... Ох. Горя. Траура. Тяжелого, липкого, жуткого и беспросветного. От атмосферы хотелось выть, физически потряхивало, сердце колотилось от не своих эмоций. Многие плакали. А потом, спустя минуты, уходили на свой поезд, дальше жить свою жизнь.
Мы встали неподалеку, у одной из колонн, и начали практику. Кажется, это была моя первая переправа, и одна из самых ярких. Обычно в этой практике через тебя итак проходят довольно сильные потоки — в зависимости от времени и наработанности, но всё же. А тут... Вот будто ты ручеек, обычно пропускающий в секунду пару сотен литров воды. Но в те минуты — тысячи литров, а моментами и десятки тысяч.
Иногда чувствовалось, как очередная суть начинала переправу. Подруга после сказала, что во время практики пару раз чувствовала, как кто-то на время брал её за руку, и исчезал после ввыси. Так мы стояли минут 10, и нужно было взять перерыв.
Как только прервались, к гвоздикам, обращаясь к толпе, вышла старуха. Низенькая, щуплая, дерзкая. Она вышла будто на сцену, и нарушила людскую тишину — начала орать, привлекая к себе внимание. Стала крестить толпу, кричала, чтоб обратились к Христу, покаялись. Чтоб отреклись от мобильников и технологий — и прочий подобный злой и едкий бред. Как же она на всех давила, как же сосала силы... Всё внимание, что был обращено к горю, теперь было обращено на неё.
Помню, к ней подошла женщина, мягко, с улыбкой, попыталась увести — так не к месту её злость была здесь, в этой тихой тяжёлой скорби. Старуха начала её отпихивать, препираться, как на базаре, а в итоге послала нахуй.
Помню, что злость во мне поднималась всё больше, покуда я видела, что она делает — нечто в ней делает. За эти несколько минут выступления, люди вокруг стали рыдать всё больше. Но последней каплей для меня стала её фраза о том, что "это всё ваши мобильники виноваты! Вы должны их выкинуть, а не то — и вы тут же будете!" — и она показала на гору гвоздик. Видимо, это должно было стать кульминацией её выступления.
Стало эпилогом. Я собралась всю свою злость от того, что она делает с этими людьми, и оформила в 2 слова, которые запустила в неё через весь зал. "Уходи, ведьма!" громыхнуло по станции, кто-то в ужасе обернулся на меня, но я смотрела только на неё, будто пронзая взглядом насквозь. До того момента я и не предполагала, что голосом могу так.
В ту же секунду у неё будто приглушили звук. Ещё за 5 её стало совсем не слышно, и её тело чуть подкосило. Её стало уводить в сторону — сперва быстро, а потом все медленнее, она начала уходить со своей "сцены", переваливаясь... Покуда не остановилась метрах в 20 от толпы, немного покачиваясь и сгорбившись, будто ей вдруг стало очень нехорошо. Больше я не обращала на неё внимания, как и никто другой.
Мы попрактиковали ещё пару раз, минут по 10. Атмосфера потихоньку менялась, люди плакали всё меньше. Становилось как-то... Светлее. И у нас на душе, и у окружающих в лицах. Тяжесть траура уходила, в то время как смерть сменялась жизнью.
В какой-то момент будто щелкнуло — всё. Мы всё сделали, больше никого не осталось забытым. Тяжесть горя и его причины ушли, и мы могли даже смеяться.
Мы постояли ещё пару минут. Со временем тяжелые эмоции приходили вновь, и усилились, влияя на место — от новых людей, которым было нужно пережить этот опыт. Их право.
Но обречённости вокруг уже не было, как и её причин.
3 минуты
10 декабря 2022