1 подписчик
МОЛЧАЩИЕ. ч 1.
Этот кошмар случился, когда я слег с тяжелым гриппом. Тогда я работал в колл-центре и был только рад побыть наедине с собой. Я целыми днями сидел в интернете, запойно читал книги и спал. Даже почти не выходил на улицу – только в ближайший ларек за продуктами. На второй неделе моей болезни случилось небольшое землетрясение, отозвавшееся гулом в окнах и сбросившее с холодильника пару магнитов. Я обсудил его с Леной по телефону, пожаловавшись на пропавший интернет. Впрочем, меня это не особо взволновало – книг было еще достаточно. Однако спустя три дня я все же попытался вызвонить провайдера.
Трубку никто не взял.
Я начинал волноваться. Лена не ответила ни на один из моих звонков за последние три дня. Я устал гадать, не обиделась ли она на что-нибудь. Моя девушка имела такую привычку – начинать дуться из-за какого-то пустяка, мною не замеченного. Так что я решил сходить к ней в гости, благо уже начал выздоравливать.
Спускаясь по лестнице, я увидел парня, сидящего на полу у мусоропровода. Глаза его смотрели в одну точку, а руки странно подергивались у самого лица. «Наркоман?» - подумал я, но не стал разбираться. Я хотел поскорее увидеть Лену.
Выйдя из подъезда, я пересек пустынный двор и пошел вдоль по улице. Рассеянный с болезни, я не сразу понял, что не так. А поняв, остановился, растерянно оглядываясь.
Вокруг стояла тишина.
Нет, не абсолютная – пели птицы на деревьях, в мусорных баках рылись дворовые псы. Мяукала кошка.
Но не было слышно ни одного автомобиля, даже заводящегося вдалеке. Нигде не играло радио, не звучали рекламные призывы. И ни одного людского голоса! Обычно они звучат повсюду - из окон нижних этажей доносятся обрывки разговоров, из-за гаражей – голоса местных пьяниц, от детской площадки за деревьями – крики играющих детей и беседы их матерей.
Но сейчас повсюду стояла тишина.
Постоянно оглядываясь и гадая, что произошло, я вышел на шоссе. И если раньше у меня еще были какие-то трактовки происходящего, вроде какого-нибудь торжества в центре города… или, на крайний случай, срочной эвакуации, то сейчас все они оказались явно ошибочными.
По всему шоссе, в две полосы, стояли машины. Некоторые застыли, врезавшись друг в друга – и из окна одной свешивалась безвольная рука. Другие слетели в кювет и остались там, брошенные хозяевами. Все остальные стояли, раскаленные полуденным солнцем, с раскрытыми дверями, через которые были видны брошенные в салоне вещи.
А вокруг сидели люди.
Все, как один, в запыленной, давно не стиранной одежде. Все – бледные, дрожащие, с остановившимся взглядом и дико расширенными зрачками. Они сидели в пыли на обочине и на раскаленном асфальте. На капотах машин и, реже, в салоне, скорчившись и закрыв лица трясущимися руками.
И все они молчали.
Я бежал по городу, как сквозь сон безумца. Тишина вокруг, казалось, звенела.
Молчащие встречались мне повсюду – скрюченные, забившиеся в разные углы. Я видел бомжа, сидящего на тротуаре, и его лицо казалось почти одухотворенным. Видел беременную, свернувшуюся калачиком рядом с опрокинутой коляской, в которой в такой же позе лежал маленький ребенок.
Мне было страшно, как никогда. Я не знал, что творится вокруг, надеялся лишь, что этот ужас не затронул Лену или кого-то из моих друзей. Но с каждым встреченным молчащим моя надежда таяла.
Наконец, я добрался до дома, в котором жила моя Лена. Отпихнул какого-то мужика, скорчившегося у самой двери подъезда. Взбежал по лестнице, игнорируя сидящих там старушек с пустыми глазами. Открыл дверь квартиры своим ключом и вошел внутрь.
И вздохнул, не зная, радоваться или огорчаться. Все вокруг говорило о том, что Лена ушла на работу. Она всегда складывала домашнюю одежду в аккуратную стопку на тумбочке в прихожей, чтобы сразу переодеться, вернувшись. Значит, стоит поискать ее в больнице. И уж там-то с ней точно ничего не произошло, ведь там врачи, там помогут!
Взбодрившись этой детской верой в неуязвимых и всеведущих врачей, я двинулся в больницу.
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ…
3 минуты
10 февраля 2023