Ася Старк | Начинающий писатель 50+
«Я 36 лет прожил один», — сказал мой муж нашему сыну при мне. Наши свадебные фото уже лежали в мусорном ведре
Пряжка на сменных тапках разогнулась в пятницу вечером, перед самой ночной. По мокрому полу между станками без пряжки не находишься: тапок слетит, и полсмены будешь ловить его ногой. Пассатижи Валера возит в боковом кармане рабочей сумки, рядом с путевым листом. Я полезла в карман и вытащила не пассатижи, а пакет. Целлофановый, свёрнутый вдвое, толщиной с палец. В нём лежали квитанции. Сверху была июльская, с почтовым штампом об оплате от позавчера. Кохма, улица Октябрьская, лицевой счёт, «Никитина З...
«Ты же дальше кухни ничего не видела», — сказал муж, уходя к другой. А я 31 год просвечивала швы на трубах
— Люд, я к Ирине ухожу. Совсем. Сергей стоял в дверях кухни со спортивной сумкой и не разувался. Я сидела над книжкой садовода. Перевод за взнос прошёл, квитанция светилась в телефоне, и оставалось переписать номер платежа в графу, чтобы председатель потом расписался. Я дописала номер до последней цифры. Привычка с участка: сначала закончи запись, потом поднимай голову. Когда источник открыт, а рядом кто-то кричит, крик подождёт, а снимок передержишь. — Ты хоть слышала? — Слышала. Какая Ирина? — С сервиса...
6 лет я ездила по четвергам к другому. Муж знал и молчал. А в сентябре заявление подал он
«Я знаю с первого года, Инна». Николай сказал это, не поднимая головы от путевого листа, и двинул ко мне по столу серый конверт. Было это в сентябре прошлого года, в первый четверг месяца. Я стояла в дверях кухни в плаще, сумка ещё на плече. Последняя электричка из Коврова пришла поздно, от вокзала я шла пешком, чтобы не ждать маршрутку. Так я возвращалась шесть лет подряд, каждый четверг. — С какого года? — спросила я. Глупо спросила, лишь бы не молчать. — С первого. Зоя тогда в той же электричке ехала, к родне...
«Познакомьтесь, это Рита, Витина первая», — сказала сестра жениха, открыв дверь. Мне 61, мы ехали 4 часа
— Девочки, идите сюда! Познакомьтесь, это Рита. Витина первая! Люба крикнула это не мне, а в коридор, через моё плечо. Из коридора тут же выглянули две женщины в одинаковых вязаных кофтах. Я стояла на крыльце с пирогом. Четыре часа он ехал у меня на коленях: электричка, потом автобус до райцентра, потом пешком от площади мимо рынка. Витя всю дорогу предлагал подержать, а я не давала. Привычка такая: груз из рук не выпускаю, пока не сдала его куда положено. — Проходи, Риточка, проходи, — Люба уже тянула меня за рукав...
«Её переселим в кухню, комната нужна моему сыну», — сказала золовка мужу за дверью. Квартира моя с 1994-го
— Ребята угостили, — сказал Костя и положил на стол пакет пряников. Я убрала их в хлебницу. Второе число. Этот день Костя много лет ставит себе выходным по графику депо и ездит помогать товарищу в гараже. Ребята в депо, выходит, угощают его пряниками лет десять подряд, и всё второго числа. Я села за квитанции с красной ручкой. Привычка у меня с института: что не сходится, то обвожу. Деньги на хозяйство Костя отдаёт мне с зарплаты, и каждый месяц в них нет семи тысяч. У нас это зовётся «долг товарищу»...

