Ожившие романы: любовь, страсть, интриги

Начало здесь Утренняя тренировка началась, как обычно, с построения на главной площади. Я встала в средний ряд, где собирались ученики моего уровня — Золотое Ядро, средняя ступень. Впереди нас стояли те, кто достиг высшей ступени Золотого Ядра, а позади толпились младшие, едва достигшие начальной ступени или все еще пробивавшиеся к Основанию Духа. — Завтра Весенние состязания, — объявил инструктор Ван, и его голос прокатился над площадью, заставляя младших учеников выпрямиться и замереть. — Пять великих школ соберутся здесь, чтобы показать мастерство своих учеников...

Начало здесь Я проснулась от боли в груди — резкой, обжигающей, такой, будто клинок все еще торчал между ребрами, разрывая плоть изнутри. Рука сама потянулась к этому месту, скользнула под ночную рубашку, попыталась нащупать рану, которая должна была там быть, но пальцы наткнулись только на гладкую кожу. Боль оказалась призраком — эхом того, что случилось в саду, когда серебряное лезвие вошло в меня, и я упала на землю, усыпанную белыми лепестками. Я открыла глаза и увидела потолок своей комнаты...

Лепестки сакуры срывались с веток и летели навстречу, прилипая к лицу, к губам, застревая в распущенных волосах. Нефритовый диск защиты, который я украла из хранилища Шэнь Цзяньюя всего час назад, обжигал ладони — артефакт был слишком мощным для моего уровня культивирования. Ци внутри него пульсировала, не желая подчиняться. Пальцы онемели, но я не могла выпустить диск, не могла остановиться, потому что Лю Вэй бежал впереди, оборачиваясь через плечо, и его голос, срывающийся от напряжения, подгонял меня...

Начало здесь Утром третьего дня Мирра принесла завтрак раньше обычного и ничего не сказала — только поставила поднос на столик у окна и тихо вышла. За окном светало — серо, без красок, — и во дворе уже двигались люди: конюхи, оруженосцы, кто-то в темном плаще пересек двор быстрым шагом и скрылся в арке. Я съела половину того, что было на подносе, выпила воду и пошла одеваться. На трибуне я оказалась раньше Эйдора. Арена внизу была пуста и тихо дышала утренним холодом, который к полудню сгорит без следа...

Начало здесь Я уже была на трибуне, когда глашатай объявил очередную пару. Солнце стояло высоко, деревянные ступени под ногами раскалились так, что жар чувствовался даже сквозь подошвы, и над трибунами дрожало легкое марево — то самое, от которого дальний конец арены казался чуть размытым, словно нарисованным небрежной рукой. Пахло пылью, нагретым деревом и конским потом. Я сидела прямо и думала о вчерашней ноге. Закрытый перелом голени, смещение незначительное — лекарь справился, об этом Мирра узнала утром...

Начало здесь На следующий день, когда я встала, солнце уже поднялось, заливая арену резким утренним светом. Внизу копошились слуги, расставляя барьеры, проверяя песок, таская воду для лошадей. На трибунах уже сидели первые зрители — самые нетерпеливые, те, кто пришел занять места с хорошим обзором за несколько часов до начала. Я смотрела на все это и думала о том, что в операционной тоже всегда была суета перед началом — медсестры проверяли инструменты, анестезиолог готовил наркоз, ассистенты раскладывали все по местам...

Начало здесь Я проснулась оттого, что Мирра тихо открывала ставни — дерево скрипнуло, и яркий солнечный свет ударил мне прямо в лицо. Я зажмурилась, отворачиваясь к стене, пока она возилась с тяжелыми створками. Впервые за несколько дней я спала нормально — без кошмаров, без пробуждений посреди ночи от каждого скрипа половиц в коридоре, просто провалилась в темноту и вынырнула оттуда только сейчас, когда день уже вовсю шел своим чередом. — Доброе утро, Ваше Высочество, — прошептала Мирра, поворачиваясь ко мне с виноватой улыбкой...

Начало здесь К вечеру тронный зал был заполнен до отказа — все тридцать три претендента собрались по официальному вызову и выстроились широким полукругом перед троном, на котором я сидела в полном церемониальном облачении. Эйдор стоял справа от меня в своих темно-синих одеждах, опираясь на посох, и когда зал наконец затих, заговорил негромко, но каждое слово отдавалось эхом от высоких каменных стен. — Через четыре дня начинается первое испытание турнира. Реннен — конный поединок с системой на выбывание, три раунда схваток...

Начало здесь Утро наступило слишком быстро. Я вернулась в покои, когда небо только начинало светлеть, проспала от силы три часа и открыла глаза оттого, что Мирра осторожно трясла меня за плечо, шепотом напоминая про завтрак и необходимость появиться при дворе в приличном виде. Из зеркала на меня смотрел человек, переживший тяжелую ночную смену, но мазь, похожая на наш тональный крем, и туго затянутый корсет творили чудеса — к тому моменту, как я спустилась в библиотеку, отражение хотя бы отдаленно напоминало принцессу...

Начало здесь Я разглаживала складки прохладной простыни, считая движения вместо того, чтобы не думать о причинах бессонницы. Их было слишком много: открытая дверь, которую Мирра клялась закрыть; тридцать три претендента, расселившиеся по дворцу как по захваченной территории; яблоко, которое промолчало; Дарк, почуявший что-то неправильное во мне. Мне нужны были ответы, и единственный человек, у которого они были, сидел в северной башне и наверняка не спал, потому что люди вроде Эйдора не спали никогда...

Начало здесь Коридоры восточного крыла встретили меня тишиной — здесь, вдали от парадных залов, дворец словно выдыхал после церемонии, возвращаясь к привычному размеренному ритму. Я шла медленно, считая шаги и пытаясь не думать о том, сколько еще дней мне придется носить эту тиару и улыбаться людям, чьи имена я едва запомнила. Из открытых дверей гостевых покоев доносились голоса — мужские, перемежающиеся смехом, звоном бокалов. Претенденты расселялись во дворце, осваивали территорию, знакомились друг с другом...

Начало здесь Рассвет застал меня у окна с пергаментом в руках. Я не спала. Строчки речи крутились в голове сами собой, заученные до автоматизма, но это не приносило успокоения. За окном город просыпался медленно — первый дымок из труб, скрип телег на мощеных улицах, звон колоколов где-то на окраине. Синие огни на башнях погасли с первыми лучами солнца. Дверь открылась тихо. Мирра вошла с подносом, остановилась на пороге и уставилась на меня. — Принцесса, — в ее голосе прозвучала тревога. — Вы не спали? — Не получилось, — ответила я, откладывая пергамент на подоконник...