Страшные истории

Никто точно не знал, почему этот парк забросили. В официальных бумагах писали что-то про оползень и аварийное состояние деревьев, но местные жители — те, кто остался в соседних домах с заколоченными окнами — говорили другое. Они говорили, что земля здесь «устала». Устала держать на себе вес детского смеха, который однажды сменился криками. Я оказался здесь случайно. Навигатор в машине сдох, а дорога вывела меня к тупику, упирающемуся в ржавые ворота. Любопытство — это грех, который убивает быстрее, чем жажда наживы...

Была глухая, чернильная ночь, когда метель наконец начала стихать. Деревня Сосновка, состоящая из десятка покосившихся изб, утопала в сугробах. Свет горел только в одном доме — у старой знахарки Аграфены. Жёлтый, дрожащий огонёк керосиновой лампы выхватывал из темноты бревенчатые стены и наледь на стеклах, создавая островок тепла в этом ледяном аду. Внутри дома было душно от запаха сушёных трав и воска. Аграфена сидела за столом, но не смотрела на огонь. Её взгляд был прикован к окну. Рядом, на полу, свернувшись в клубок, сидел чёрный кот по кличке Уголёк...

Это случилось в ноябре 2008 года, в глухом районе Вологодской области, в поселке, который местные называют просто «Тупик». Дороги туда нет — только лесовозная колея, которую размывает каждую осень. Я тогда работал участковым и поехал туда по жалобе на пропажу охотника. Мужики говорили, что он ушел в лес на закате и не вернулся. Погода стояла гнилая: плюс два, туман, мокрая изморозь оседала на воротнике так, что казалось, будто кто-то дышит в затылок. Дом, где остановился пропавший, стоял на отшибе, у самого края болота...

Это случилось в конце октября, когда лес подступал к городу вплотную, словно пытаясь задушить его последними сырыми объятиями. Я тогда снимал старый дом на окраине, доставшийся мне по смешной цене — предыдущий жилец съехал внезапно, оставив мебель и странный запах сырости, который не выветривался даже с открытыми окнами. Дом стоял на отшибе. Ближайшие соседи — только сгорбленные ели и бесконечная стена тумана, который поднимался от болота каждую ночь. Первые недели всё было нормально. Я работал из...