Протоиерей Андрей Ткачев

В лучших своих дерзаниях и стремлениях русский человек в древности видел жизнь свою полной простоты, чистоты, молитвы и приготовлений к встрече с Воскресшим Господом. При таких мыслях жизнь должна стремиться к уподоблению жизни в монастыре. Так и было. Не везде, конечно, и не всегда, да и там, где было, не было это стремление обязательно успешным. Но «судите нас, — говорил Достоевский, — не только по делам, но и по намерениям нашим». А по намерениям русский человек — максималист. Ему не просто удобств, но Царства Божия и вечной справедливости хочется. А раз жизнь в идеале как один монастырь видится, то должен быть в этом огромном монастыре игумен. На такую неслыханную должность русская душа назначила святого Сергия Радонежского, память которого ныне совершается. Не иначе как «игуменом всея Руси» именовали Сергия и доныне именуют. Как у любого святого мужа, жизнь у Сергия полна благих примеров. Есть чудеса, до которых нам вовек не дорасти. Но есть и простые дела, которым хоть сейчас подражать можно. Например, однажды Сергию один из монахов монастыря, где Сергий игуменствовал (что уже поразительно!), заказал сделать сени в келью. Сергий был со всякой ручной работой знаком не понаслышке. Посему за труд взялся. Платой была назначена (опять — двадцать пять!) корзина хлебных корок, таких, что при откусывании от них пыль зелёная в воздух летела. И игумен (начальник, то есть) монастыря весь день до седьмого пота за подобную плату трудился и не присел отдохнуть, пока всю работу не выполнил. Ни воды, ни еды во рту у аввы Сергия весь день не было. Так он жил и так спасался. Так подавал пример мирским и монашествующим. Поэтому вовсе неудивительно, что монастырь, созданный трудами такого (!) человека, стоит до сей поры. Поляк его не разрушил, француз не сжёг и большевик не сломал. Поскольку в основании у него — не деньги, не власть сильных мира сего, а самоотвержение, и труд, и многие молитвы. Многое Бог разрушает справедливо и без жалости, но то, что смиренным трудом создано, крепко стоит. Это ли не урок?

В 1830 году Тютчев написал: Как океан объемлет шар земной, Земная жизнь кругом объята снами... Сон был и остается тайной, хотя есть целые «институты сна», специалистами которых сон вроде бы изучен, разбит на фазы, связан с деятельностью мозга и т. д. Но ясности стало ненамного больше. Вот в 1741 году, морем возвращаясь из Германии в Россию, Михаил Ломоносов видит во сне своего папку, рыбака Василия, мертвым на одном из островов, куда их вместе в свое время заносили холодные воды. Подробно узнав о судьбе родителя (которого он покинул в юности, ни слова не сказав), Ломоносов узнал, что отец его действительно умер на одном из островов, в точности увиденном сыном во сне. Или Марк Твен (настоящее имя — Сэмюэль Клеменс). Работая на пароходе «Пенсильвания», он взял с собой на судно младшего брата Генри. Поссорившись с капитаном, Марк Твен сошел однажды на берег. Брат остался на судне. И снился старшему сон, в котором брат его лежал в гробу, а на груди его покоился букет из белых роз с одной красной посередине. Спустя малое время, в июле 1858 года, паровые котлы на «Пенсильвании» взорвались. Погибло до двух сотен людей. Один из них — умерший через несколько дней от ожогов Генри Клеменс. В гробу он лежал точь-в-точь, как во сне старшего брата. Откуда же была эта сонная картинка? «Институт сна» молчит. За два месяца до смерти митрополиту Московскому Филарету снится его отец — коломенский священник Михаил Дроздов, давно покойный. Дает сыну наказ: «Наблюдать 19-е число». Митрополит советуется с духовником и решает служить Литургию каждое 19-е число в году. В ноябре 1867 года, успев отслужить лишь вторую Литургию, митрополит после службы мирно отдает Богу душу. Таких примеров бесчисленное множество. Образованные и не очень, святые и вовсе не святые, люди разных культур и народов соприкасаются с неведомым, но вполне конкретным миром, откуда наша земная реальность видна и предсказуема. Словно остров среди океана, как в ощущении Тютчева, жизнь омывается неведомыми водами. Настанет ночь — и звучными волнами Стихия бьет о берег свой... Это тайна, а тайна требует смирения. Ты вот, человек, гордишься. А ты всего лишь — подобие Робинзона на маленьком острове. А вокруг — океан, и день, когда за тобой придет «шлюпка», возможно, уже назначен.

Характерной чертой нашего времени является то, что у нас произошёл огромный обрыв в традиции. Миллионы людей были вырваны из традиции: над ними не молилась мама, их не учил ничему дед или бабка, они не знали Церкви с детства. Так выросло несколько поколений советских людей. Кому-то посчастливилось что-то узнать, чем-то согреться в детстве — это редкие вещи, процентные доли, до смешного малые. А основная масса наших людей была вырезана из этой части жизни, они не знали ничего. Масса людей вдруг начала совершать свои движения к Богу на слабых рахитичных ножках. И когда эти рахиты пошли к Богу, то у кого-то получилось очень смешно, у кого-то трагично, потому что мы начинаем заново пробовать, а нас никто не учил, а уже многие забыли, что это такое. Храм построить мы умеем, а чем в храме заниматься, мы не знаем. Поэтому давайте строить — строить легче, я вам скажу. А вот как потом создать жизнь в построенном храме — это совершенно другая задача, другой степени сложности. Девяностые годы при патриаршестве Алексия II, Царство ему Небесное, назвали «вторым крещением Руси». Началась священническая жатва, молотьба и косьба. Священники жали то, над чем не трудились: люди валом пошли в церковь, каждый день после служб крестили по пятьдесят человек и по пятьдесят венчали. Русь крестилась заново. Но покреститься — это же только начало. Дальше надо двигаться. И с девяностых годов мы как-то да движемся. Иногда у нас получается: у кого-то смешно, у кого-то бесплодно, у кого-то истерично, а у кого-то экстравагантно. Один стал смешным в своих подвигах, а другой вовсе их бросил. Некоторые потерпели кораблекрушение в вере, некоторые отчаялись, некоторые уже успели уйти из церкви, потом вернуться или уйти и не вернуться. Вся эта драматургия — это жизнь нашего народа. Первая художественная книга отца Андрея Ткачева «Сеня Столпник» → nikeabooks.ru/...-tg