Григорьев Андрей Алексеевич

Бойся неизбежного исхода. Злись, рыдай, кричи - мол всё не честно. Грустно подводя итоги года, Отзывайся о судьбе нелестно. Не считай былое достиженьем, Говори о сделанном надменно, С показным, прилюдно, раздраженьем, Жалостью помножив непременно. Только не изменишь этим данность, Сделаешь себе лишь только хуже. От судьбы не знает благодарность, Тот кто с прошлым собственным не дружен. Кто всегда и всюду недоволен, Постоянно ищет виноватых. Мир к таким совсем не хлебосолен, Не в пример других отдельно взятых...

Замерев в единении губ, Слившись плотью в горячих объятьях, Без тебя я уже не смогу, Одному станет мир неприятен. Для чего это всё, если ты, Будешь, вдруг, не со мною, не рядом? На осколках разбитой мечты, Я рискую с обиды стать гадом. Ненавидящим всё и себя, Горькой зависти выпив сверх меры. Жизнь свою идиотски сгубя, Потеряв лик спасительной веры. И не будет иного пути, Как в бесславном отчаиньи сгинуть...

Сегодня, просто, остановим время. Возможно это, только очень верь мне. Не говори, мол, чудо не возможно, Я докажу что волшебство не сложно. Закрой глаза, сожми мне крепче руку, И до утра, как в ярком сне, по кругу, Мы будем удивляться даже сами, Неведомыми прежде чудесами. И всё плывёт, и время не ведёт, Обратный свой стремительный отсчёт. И ты моя, и я лишь только твой, Мы счастливы на всё махнув рукой. Волшебный мир, здесь магия повсюду, Покуда мы душой открыты чуду, Потоки чувств собрав любви частицы, Стирают в миг условные границы...

Я целлюлиты ненавижу, Меня пугает жир с боков. Растяжки если только вижу Сбежать немедленно готов. Малейшая неидеальность Ввергает тут-же в дикий шок. Мне говорит моя ментальность Что это всё не хорошо, Но ничего не в силах сделать, Со слабой психикой своей. Я не хочу такого тела, Мой мозг сильней слепых страстей. Я рос на глянцевых журналах, Там всё иначе чем в быту. На становленческих началах Познал другую красоту. Я был обманут откровенно, Безбожным западным кино. В меня внедрилось внутривенно, Что всё иначе быть должно...

Мне бы с горя напиться бы горькой, Затянуть папиросного бреда. Говорят это действенный способ, Позабыть о печалях и бедах. Ускользнувши в беспамятном бегстве, Пусть на время в реальность другую. Только выбор свой сделал я в детстве, Все невзгоды встречать в лобовую. Приму достойно злые беды и несчастья. И пусть внутри всё разрывается на части, Пускай для вздоха не хватает кислорода, Но я стерплю, такая видимо порода...